Антициклическое государственное регулирование: кейнсианское и монетаристское направления

В России же проводилась политика постоянного сжатия денежной массы как основного рычага воздействия на инфляцию. В результате, монетизации ВВП сократилась с 73% в 1990 г. до 12% в 1995 г. Денежная масса не компенсировала роста цен. Это привело к истощению оборотных средств предприятий, к кризису промышленного производства и в конечном итоге к резкому экономическому спаду.

Экономический рост и предложение денег связаны гибким и многосторонним механизмом, но динамика роста денежной массы не должна сковывать экономическую деятельность хозяйствующих субъектов и подрывать всю денежную базу налоговых и бюджетных потоков.

Проводимая финансово-экономическая политика в России привела к тому, что к концу 90-х годов доля доходов в консолидированном бюджете Российской Федерации сократилась до 25% от ВВП.

Экономические реформы в России начались с реализации теории открытой рыночной экономики, в основе которой лежит модель профессора Колумбийского университета Р. Манделла и автора теории оптимальных валютных зон М. Флеминга - известных на западе представителей монетаризма. Базовым постулатом модели является утверждение о том, что эффективность налогово-бюджетной и денежно-кредитной политики зависит от действующего режима валютного курса.

Валютный курс играет определяющую роль в денежно-кредитной политике, в которой он может являться целью, инструментом или просто индикатором в зависимости от выбранной модели политики.

Игнорирование или незнание этих принципов Правительством РФ во главе с С.В. Кириенко привело к резкой девальвации национальной валюты по отношению к доллару США в августе 1998 г. и явилось одной из причин финансового кризиса в России.

Кроме того, следует подчеркнуть, что в странах с монетаристской ориентацией, как правило, доля налогов в валовом доходе субъектов хозяйственной деятельности колеблется от 25% до 35%, а в странах, где доминирует кейнсианская политика, - от 34% до 45%.

В России же при провозглашенных в начале перестройки исключительно монетаристских методах воздействия на ход экономического развития к концу 90-х годов удельный вес налогов достигал такого уровня (по некоторым оценкам, до 80-90%), при котором любой легальный бизнес становился невыгодным.

Кроме того, в условиях, когда наличная долларовая масса в пересчете по официальному курсу в России примерно в два раза превышала рублевую наличность, было невозможно нормальное кредитно-денежное регулирование исключительно монетаристскими методами.

Финансовый кризис в России, разразившейся в августе 1998 г. показал, что ориентация в экономической политике только на использование данной концепции не может решить всех проблем создания основ рыночной экономики.

3.2 Мировой экономический  кризис 2008-2009 г.г. как проявление  «слабых сторон монетаризма»

Монетарная политика не может зафиксировать реальные показатели на определенном уровне, однако она может оказывать на них серьезное влияние. И одно совсем не противоречит другому.

Верно, что деньги только механизм, но механизм в высшей степени эффективный. Без него не удалось бы достичь тех поразительных успехов в росте производства и уровня жизни, которые произошли за последние два столетия, — никакая другая чудесная машина не смогла бы столь безболезненно и с малыми затратами труда окончательно поставить крест на нашей деревенской жизни.

Но от других машин деньги отличает то, что эта машина слишком капризна и при поломке повергает в конвульсии все другие механизмы. Мировой экономический кризис 2008-2009 г.г. является весьма ярким , но не единственным примером этого. Любая из инфляции явилась следствием денежной эмиссии, к которой прибегали во время кризиса для покрытия неудовлетворенного спроса в дополнение к явным налогам.

Первый и самый важный урок, которому учит мировой экономический кризис, урок, возможно, наиболее поучительный, состоит в том, что монетарная политика способна отвлечь деньги от роли главного источника экономических затруднений. Это звучит как предостережение избегать больших ошибок, и отчасти так оно и есть. Мирового экономического кризиса могло и не быть, а если бы он и произошёл, то протекал бы гораздо мягче, не наделай финансовые органы ошибок или не имей они в своих руках столь мощных инструментов, какие оказались в распоряжении мировых государств.

Даже если бы рекомендация не делать деньги источником экономических потрясений оказалась целиком негативной, она не наделала бы много вреда. К сожалению, она не совсем негативна. Монетарная машина выходила из строя и тогда, когда центральные власти не обладали той мощью, какая сосредоточена в руках ФРС. В истории Соединенных Штатов эпизод 1907 г. и банковские паники более раннего периода являются примерами того, что денежная машина может ломаться и сама по себе. Поэтому перед финансовыми институтами стоит нужная и важная задача: внести в нее такие усовершенствования, которые свели бы к минимуму ее случайные сбои и позволили извлечь из нее наибольшую пользу.

Вторая задача монетарной политики как основы стабильной экономики — поддерживать машину, если пользоваться аналогией Милля, в хорошо смазанном состоянии. Экономическая система будет функционировать нормально, когда производители и потребители, работодатели и наемные рабочие полностью уверены в том, что средний уровень цен будет вести себя в будущем предсказуемым образом: лучше всего — оставаясь стабильным. При любых мыслимых институциональных ограничениях, существует лишь весьма ограниченная подвижность цен и заработной платы. Необходимо сохранить эту степень подвижности, чтобы обеспечить возможность относительных колебаний цен и зарплаты, которые требуются для приспособления к прогрессивным изменениям в технологии и вкусах. Правительства не должны стремиться к достижению какого-то абсолютного уровня цен, который сам по себе не несет никакой экономической функции. В прежние времена уверенность в стабильности денег связывалась с золотым стандартом, и в пору его расцвета он служил этой цели весьма успешно. Конечно, эти времена уже не вернуть, и в мире осталось считанное количество стран, готовых позволить себе роскошь золотого стандарта, — существуют веские причины от него отказаться. Финансовые институты фактически прибегают к некоему суррогату золотого стандарта, когда фиксируют обменные курсы, реагируя на колебания платежного баланса исключительно изменением объема денежной массы, нисколько не заботясь при этом о "стерилизации" избытков и дефицитов и не прибегая в открытой или скрытой форме к контролю за курсом валюты или к введению тарифов и квот. И опять-таки, хотя многие центральные банки говорят о такой возможности, только единицы действительно хотели бы следовать этим курсом, и отнюдь не безобидные причины заставляют большинство воздерживаться от такого шага. Дело в том, что подобная политика отдает страну во власть не безличного автомата в образе золотого стандарта, а финансовых органов, которые могут действовать как обдуманно, так и спонтанно.

В современном мире, если уж на монетарную политику возлагается обеспечение стабильности экономического фундамента, пользоваться ее мощью следует в высшей степени осмотрительно.

И последнее. Монетарная политика может в определенной мере нейтрализовать самые сильные возмущения, воздействующие на экономическую систему со стороны. Например, если происходит естественное долговременное оживление экономики — так характеризовали послевоенное развитие апологеты секулярной стагнации, — монетарная политика в принципе способна помочь удержать рост денежной массы на таком уровне, какой другими инструментами обеспечить невозможно. Или, скажем, когда раздутый федеральный бюджет грозит вылиться в беспрецедентные дефициты, монетарная политика может погасить инфляционные страхи, если удерживать рост денежной массы на более низком уровне, чем это было бы желательно по некоторым соображениям. Это означает временное повышение учетных ставок, что, вполне вероятно, весьма болезненно отразится на бюджете сейчас, но зато даст возможность правительству получить необходимые займы для финансирования дефицитов, а это, в свою очередь, предотвратит ускорение инфляции и, значит, в долгосрочном плане определенно сулит и более низкие цены, и более низкие учетные ставки. Наконец, если окончание войны требует от страны перемещения ресурсов в сферу мирного производства, монетарная политика может облегчить такой переход, рекомендуя увеличение темпа роста денежной массы выше необходимого для нормальных условий, хотя имеющийся опыт и не является воодушевляющим, поскольку здесь можно зайти слишком далеко.

4 Антициклическое регулирование в России. Меры правительства РФ по выходу из кризиса 2008-2009 г. г.

К нынешнему периоду в России осуществляется беспрецедентный по своим размерам и значимости переход от сверхцентрализованного рыночного хозяйства к рыночному, существующему по своим экономическим законам.

Разгосударствление в России осуществляется путем приватизации. К середине 1995 года закончился первый этап приватизации: ваучерная приватизация.

Сейчас на смену ей приходит приватизация денежная, то есть покупка бывших государственных предприятий частными лицами. Вполне логично, что механизм государственного антициклического регулирования еще не сложился. Здесь существуют лишь некоторые крайности, которых надо опасаться. Это, с одной стороны, полный уход государства из экономики и наступление экономической анархии, и, с другой стороны, преобладание в экономике государства и подавление частной инициативы. Пока государственное антициклическое регулирование экономики осуществляется лишь процессом устранения деформаций. Однако механизм государственного антициклического регулирования экономики уже складывается и к настоящему моменту можно выделить приоритетные направления в государственной антициклической политике.

Государственная антициклическая политика нынешнего российского руководства до 2004 года прошла три основных этапа:

1) остановка развала экономики, прохождение поворотной точки  от обвального спада производства  к оживлению;

2) экономический рост. Приоритеты  государственной антициклической политики на этом этапе – структурная перестройка экономики в пользу потребительского сектора и ресурсосбережения, проводимая преимущественно на основе использования наличных, недостаточно прогрессивных технологий инвестиционной сферы ;

3. на третьем этапе экономика России переходит к широкомасштабному освоению высокотехнологических производств.

В кредитно - денежной политике своей основной задачей правительство поставило борьбу с инфляцией. Для этого правительство с января 1995 года прекратило использовать прямые кредиты Центрального Банка России (ЦБР) для финансирования дефицита федерального бюджета, за исключением некоторых пунктов. Использование прямых кредитов ЦБР планируется только в виде краткосрочных займов с последующим сокращением их количества и сведением в конечном итоге к нулю. Рост денежной базы и предложение денег предполагается определять политикой ЦБР по предоставлению кредитов коммерческим банкам, операциями ЦБР с государственными ценными бумагами на открытом рынке, а также интервенциями (покупка или продажа валюты) ЦБР на валютных рынках. Для контроля за ростом денежной массы предполагается установить предельные размеры чистых внутренних активов кредитно - денежных органов, а также предельные размеры чистых требований денежно - кредитных органов к федеральному и расширенному правительству (т.е. объединенному федеральному правительству и органам местного управления, а также государственным внебюджетным фондам).

Большую роль в России в системе антициклической политики государство играет и в регулировании цен на некоторые группы товаров. На федеральном уровне регулируются цены на газ, отчасти на нефть и нефтепродукты, электроэнергию, тарифы железнодорожного транспорта и некоторые другие товары. Значительно регулирование цен местной администрацией (от 3 до 50 групп товаров в зависимости от региона подвергаются ценовому регулированию).

Большое значение в системе антициклической политики имеют государственные заказы и закупки. Государство закупает около 30% ВВП. Цены при закупках у сельского хозяйства устанавливаются в контрактах. Государством осуществляется согласование закупок по определенному перечню товаров для обеспечения выполнения государственных обязательств. Велики размеры государственного заказа на нефть и нефтепродукты для экспортных целей. Так велики размеры государственных закупок из-за боязни закупки крупных партий сельскохозяйственной продукции или других товаров местными предпринимателями, поэтому государство само осуществляет перераспределение продукции между регионами.

В налогово-бюджетной политике также уже определены основные антициклические механизмы воздействия. Правительство консолидирует в федеральном бюджете все внебюджетные фонды, формирующиеся за счет обязательных отчислений предприятий, кроме пенсионного фонда, Федерального фонда обязательного медицинского страхования, Фонда социального страхования. Правительство устанавливает квартальные пределы дефицита расширенного правительства.

Для обеспечения достижения улучшения показателей в налогово-бюджетной сфере федеральное правительство осуществляет меры по увеличению доходов федерального бюджета и сокращению бюджетного дефицита. С этой целью правительство ограничивает свои расходы суммой фактически собранных доходов и заранее заложенным объемом дефицита. Также предпринимаются усилия по повышению собираемости налогов. Проводится политика уменьшения количества категорий, подвергаемых льготному налогообложению.

Наращиваются усилия по расширению неэмиссионного финансирования бюджетного дефицита за счет заимствований на внутреннем финансовом рынке на рыночной основе с тем, чтобы профинансировать таким образом значительную часть общей суммы дефицита бюджета.

Здесь приоритет отдается таким направлениям, как развитие региональных рынков государственных ценных бумаг путем создания дополнительных торговых площадок, привлечение дополнительных сбережений населения, выпуск государственных среднесрочных и долгосрочных купонных облигаций.