Модные слова, как переводческая проблема

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 28 Декабря 2010 в 15:05, курсовая работа

Краткое описание

Цель курсовой проведение параллелей между заимствованными словами. Предмет изучения, модные слова. Со временем наш язык становится всё богаче и богаче. В данной работе мы попытаемся выявить и проанализировать трудности перевода модных слов и трансформации в целом. Модные слова в языке появляются всё чаще и чаще и даже зачастую становятся понятны людям.

Содержание

1) Введение.
2) Неологизмы.
3) Модные слова, как переводческая проблема.
4) Заимствованные слова в общественно - политической жизни страны.
5) Процессы, связанные с освоением заимствований
6) Заключение
7) Список литературы

Прикрепленные файлы: 1 файл

Курс-я.docx

— 87.49 Кб (Скачать документ)

Так закрепляются два  «земных» значения слова ракета —  «потешный огонь» и «военный снаряд»  и производные слова — ракетный и ракетчик.

Впоследствии, с развитием  идей воздухоплавания и космонавтики, ракета получает новое осмысление. Но еще К.Э.Циолковский колебался  в выборе названия для новых летательных  аппаратов. Так, одну из своих статей, опубликованную в 1911 г. в журнале  «Вестник воздухоплавания», ученый называет: «Исследование мировых пространств  реактивными приборами. Реактивный прибор «Ракета» К.Циолковского». Слово  ракета выступает здесь как маркировочный, номенклатурный знак. А в 1926 г. в работе «Исследование мировых пространств» К. Э. Циолковский замечает: «Для путешествия  вне атмосферы и всякой другой материальной среды на высоте 300 км, а также еще дальше, между планетами  и солнцами, нужен специальный  прибор, который мы только для краткости  будем называть ракетой». «Вот почему в моих проектах давление на «ракету» я принимаю в 10 раз большим...» В рукописях К.Циолковского слово ракета, хотя и нерегулярно, но сопровождают кавычки как знак необычного употребления этого имени.

В 20—30-е годы слово  ракета благодаря фантастическим рассказам, повестям, фильмам имело распространенное значение как «межпланетный аппарат», поэтому производное ракетчик было достаточно «космическим». Одновременно словом ракета стали называть все  летательные аппараты, работавшие на реактивном топливе. Первая такая ракета была запущена 17 августа 1933 г. Ученых, занимавшихся проблемами и техникой ракетного  дела, в ту пору объединяли под именем ракетчики: «Вечером с разных концов столицы сюда собирались те, кто  работал в других организациях. Просторный подвал был для молодых ракетчиков и домом, и клубом, и мастерской» («РТ», 1966, №7,стр. 13).

В наши дни существительное  ракета более «земное». Значение «летательный аппарат с реактивным двигателем»  обусловило ряд модификаций: межконтинентальная ракета; «боевой снаряд, приводимый в движение силой реакции выбрасываемой  струи газа», — фугасная ракета. Эти значения существительного ракета обусловили новые наименования: ракетные войска — «войска, вооруженные ракетным оружием», ракетчик — «солдат ракетных войск или ракетостроитель». Ср.: «Ракетчик... Юноша в форме лейтенанта ракетных войск...» («Комсомольская правда», 1967, 20 июля). Теперь слово ракетчик не так легко связывается с космосом. Космонавт оказался более выразительным, передающим не только связь с космосом, но и значение «первый плаватель в космосе, открыватель неизведанных пространств». Нет сомнения — вытеснение наименования ракетчик из «космического» обихода обусловлено движением в ряду названий летательных аппаратов. В трудах К.Э.Циолковского мы сталкиваемся с поисками нужных слов-имен: звездный домик — спутник — ракета — звездолет — космический корабль — космические ракетные поезда. На современном этапе дифференциация и точность космических наименований присуща не только научным текстам, но и публицистике и художественной литературе. Каждое название закрепляет свое особое значение, уже оправданное определенными реалиями (спутник — ракета-носитель — космический корабль). Некоторые же пока остаются в сфере фантастической литературы или высокой публицистики (звездолет, звездолетчик, планетолет, планетолетчик). Ср.: «Звездолет получает сигнал отправления... Внезапно звездолет издал яростный вой и погасил огни» ; «Здесь готовят к космическим рейсам будущих звездолетчиков»; «… планетолетчиков не должны подстеречь опасности космоса» («Комсомольская правда», 1966, 15 окт.);

«День в «земном  звездолете» — название репортажа  об уникальном медико-биологическом  эксперименте советских ученых, во время которого трое испытателей  провели год в гермообъеме, совершенно изолированные от внешнего мира» («Комсомольская правда», 1968, 4 окт.).

Еще в 1960 г., когда 15 мая  стартовал первый космический корабль-спутник, остро встал вопрос о наименовании этого вида летательных аппаратов. Звездолет? Космолет? Спутник? — Проблема наименования очень сложна. В свое время слова паровоз, пароход, самолет  стали символами определенного  технического прогресса. Звездолет  — звездолетчик, звездоплаватель, космолет — космолетчик, планетолет — планетолетчик «… содержали в себе как бы осуществленную возможность совершать межпланетные перелеты и даже полеты к звездам. У нас же задача была куда скромнее. Поэтому появилось название космический корабль» («Правда», 1968, 22 янв.). Оно и вошло в широкий обиход, хотя и не без споров и сомнений.

Выдвижение в «космической»  терминологии на первый план слов спутник, космический корабль оттесняет  на второй план наименование ракета. Такое  передвижение в ряду наименований летательных  аппаратов в связи с их усовершенствованием  поддержало новообразование космонавт  и одновременно лишило прежний термин ракетчик былых космических ассоциаций. Продуктивным оказывается ряд новообразований, объединенных элементом косм- (космо-): космодром — космонавт — космический корабль.

Интересно, что для  наименования «земной» специальности  — физиков, изучающих космос и  космические лучи, возникает особое наименование — космики. Пока оно  бытует в разговорном стиле речи, но уже встречается и в языке  художественной литературы.

«Космики» — так  озаглавил свою документальную повесть  о жизни людей новой специальности  А.В.Афиногенов. «Я ходил по взбудораженной столице (в день полета в космос Юрия Гагарина. — А.Б.), вглядывался в нее, вслушивался, — и вдруг сверкнула в памяти чужая строчка, так хорошо рисующая далекий домик физиков: «Опустевшие комнаты, прелесть отъезда», и подкатила волна нежности к его хозяевам—космикам...» Суффикс -ик в подобных случаях привычно входит в слова, обозначающие смежные специальности: физик, химик, математик, медик. Образование специального космик со значением «специалист в определенной области» закономерно и общепонятно.

Непосредственная  работа в космосе, хотя и с помощью  автоматических аппаратов (например, управление луноходом), обусловила сочетание земной космонавт («Вечерняя Москва», 1971, 13 янв.). Язык как бы стремится, с одной  стороны, объединить общее: космонавт  — это тот, кто работает в космосе, но космонавт — это и тот, кто  находится на земле, но ведет работу с аппаратурой, предназначенной  для исследования космоса. С другой стороны — с помощью определения в общем выделено частное: космонавт — земной космонавт.

Словообразовательный  ряд от слова космос имеет и  довольно неожиданное продолжение: «Космонята — так зовут мальчишек и девчонок из клуба юных космонавтов...» («Неделя», 1966, 22—28 мая). Новое слово по аналогии с существительным ребята получает особое значение «юные космонавты».

Морфемы -навт, -ик, -(н)ята несут более или менее обобщенные значения. Их выбор в образовании новых слов определен и всякий раз подсказан смысловой аналогией: аргонавт — аэронавт — космонавт; физик — химик — математик — космик;  ребята — космонята.

Как видим, «космическая»  терминология находится в стадии становления. Движение в «космических»  рядах — образование неологизмов, новые осмысления и переосмысливания старых слов — не представляют автономного явления, а находятся в русле общенародного языка.

Изучение космоса, запуск спутников, как и следовало  ожидать, отражается в семантических  движениях прилагательного космический.

С помощью определения  космический возникают обозначения  новых понятий — космический  корабль: «19 марта в 12 часов 02 минуты по московскому времени космический  корабль «Восход-2» ... благополучно приземлился в районе города Перми» («Правда», 1965, 20 марта); космические  трассы: «По первым космическим трассам  к Луне, проложенным советскими ракетами, к ней устремились и американские  ракеты» («Вечерняя Москва», 1964, 3 авг.). В этих случаях прилагательное выступает  в своем обычном значении «относящийся к космосу».

Но вот возникают  сочетания: космический мост («Правда», 1965, 13 дек.); космический радиомост («Комсомольская правда», 1966, 24 апр ); космические телеграммы («Известия», 1965, 29 дек.). Здесь происходит расширение значения: космический мост — радиомост — «образованный с помощью спутника связи»; космические телеграммы — «полученные через спутник связи». Метафора космический мост образно передает значение «радиотелефонная связь через космос». Метафорические употребления космический достаточно разнообразны: «Разговор на космическом уровне.— Земля слушала голос космонавтов, беседующих друг с другом по радиотелефону, и трудно было удержаться от восхищения тем, кто слышал эти переговоры на космическом уровне» («Известия», 1962, 15 авг.). В выражении на космическом уровне, определение космический означает как «происходящий в космосе», так и «очень высокий». Второе, контекстное значение появляется благодаря легко возникающей соотнесенности с постоянными выражениями на высоком уровне, на уровне послов и т. п.,  а также быть (становиться, идти и т. п.) в уровень, быть на уровне.

Метафорическое употребление космический развивает оценочно-качественное значение: «Мы хорошо знаем... что победы в космосе куются в труде каждым из нас... Именно поэтому коллектив нашего участка сборки электроаппаратуры первым стал на ударную космическую вахту» («Правда», 1962, 16 авг.); «Затем мы видели планку, установленную на отметке 2 метра 26 сантиметров. Поистине космическая высота. Но 20-летний советский легкоатлет с завидной легкостью овладел с первой попытки и этим рубежом» («Правда», 1962, 24 июля); космические килограммы (о рекордах тяжелоатлетов; «Огонек», 1962, №23, стр. 24—25).

Разнообразные употребления слова космический закрепляют его  переносное значение — «высокого  качества, быстрый, скоростной, рекордный», а также  «отличный, лучший, самый  большой». Ср.: «Машины одна за другой подходят к Дворцу. С женихом и невестой приехали близкие родственники, друзья-космонавты с женами. — Что пожелаете своим друзьям в день их бракосочетания? — спрашиваем мы у космонавтов.— Конечно, счастья,— говорит Быковский.— Космического, — добавляет Титов.— Я имею в виду по величине» («Огонек», 1963, № 46, стр. 6); «В концерте выделяется патетичностью «Русская вариация». Шубарин исполняет ее уже несколько лет и не перестает совершенствовать, добиваясь все большего и большего обобщения танцевальных образов — широких, полетных, подлинно космических» («Советская культура», 1967, 28 марта).

Семантическое движение в значении космический идет не просто по пути увеличения, расширения полисемии. Обратимся к словарям. Толковый словарь русского языка под ред. Д.Н.Ушакова отметил у прилагательного космический переносное значение «громадный, колоссальных масштабов»: «Это движение возросло до космических размеров». Словарь современного русского литературного языка никаких переносных значений не отмечает. К 50-м годам нашего века это переносное значение, по-видимому, переходит в разряд употреблений. Прилагательное космический возвращается к однозначности. Оживление основного значения к концу тех же 50-х годов обусловливает новые возможности переносных оценочно-качественных значений.

Выход человека в  космос заставил по-новому посмотреть на планету Земля, а ее обитателей воспринимать как жителей одной  из планет. Именно в это время  появилось на страницах газет  и журналов, зазвучало в эфире  слово земляне. Слово землянин прозвучало уже в первых телепередачах 13 апреля 1961 г., посвященных первому космонавту Юрию Гагарину. Приведем несколько  примеров из стихов и репортажей:

«Автографы дают земляне... Поднимать в небо космические  корабли и выращивать пшеницу. Вырывать человеческую жизнь из рук смерти и строить красивые дома. И все  это чудесные автографы, которые  оставляют братья-земляне на просторах  своей планеты» («Огонек», 1962, № 34, стр. 6—8);

              «Спасибо вам, товарищи земляне,

                                         я улетаю к звездам...»

(Марк Сергеев. Поэзия. «Известия», 1963, 15 июня.)

«Всего два года прошло с тех пор, как первый землянин — Юрий Гагарин перешагнул порог  атмосферы» («Комсомольская правда», 1963, 12 апр.); «Всякая новая встреча  с природой не может пройти бесследно  для искусства. Но вряд ли стоит забывать, что для нас, землян, «системой  отсчета» остается Земля, ее уже раскрытая  и еще не раскрытая красота» («Литературная  газета», 1965, 13 апр.).

А ведь существительное  землянин (землянинъ, а также земянинъ) принадлежало древнерусскому языку. Землянинъ — земляне означало «человек — народ, имеющий и обрабатывающий землю»: «Коли все земляне имуть давати дань оу татары» («Жалованная грамота Подольского князя Александра Кориатовича Смотрицкому монастырю», 1375);

«Коли вси бояре и земляне будутъ городъ твердити...» (там же); «А бояромъ Козелскимъ и земляномъ, и местичомъ, и всимъ Козличомъ ездити къ господару нашему Казимиру» («Присяжная запись князя Федора Воротынского королю Польскому Казнмежу», 1448).

В новом значении слово землянин еще до полета человека в космос вошло в словарь фантастической литературы, посвященной покорению  космического пространства. Приведем примеры из романа И.Ефремова «Туманность  Андромеды»: «Огромное плоское стеклянное здание горело в отблесках кровавого  солнца. Под крышей находилось нечто  вроде большого зала собраний. Там  застыло в неподвижности множество  существ, не похожих на землян, но, несомненно, людей». «Врач наблюдала за состоянием Низы после взлета и возвращения  к нормальной для землянина силе тяжести».

«Космическое» восприятие нашей планеты заставляет по-иному  осмыслять земное единство народов  мира: «Планета землян.— Пора и литературе нашей увидеть в труде геологов не только пафос открытия новых природных ценностей, но и пафос самого близкого нам, землянам, и полного тайн Mиpa — внутреннего мира великой, сложной и прекрасной планеты Земля» («Литературная газета», 1965, 30 окт.); «Мы — земляне» — название очерка о молодых строителях Новополоцка («Огонек», 1966, №50, стр. 16).

Возникает новое  словосочетание — патриотизм землянина. «Что ж, не будем бояться этого  слова. Да, в человеческом обществе начало нарождаться это высокое, объединяющее людей чувство. И недаром  все чаще и чаще на страницах газет  встречается старое, но получившее новый глубокий смысл имя —  земляне», — заключает свое рассуждение известный ученый, геолог Г.Поспелов («Литературная газета», 1965, 30 окт.).

Информация о работе Модные слова, как переводческая проблема