Фразеологизмы-фитонимы в английском языке как источник лингвокультурной информации

Таким образом, рассмотрев основные этапы развития фразеологии как лингвистической дисциплины, основные подходы к изучению фразеологических единиц, классификации фразеологизмов отечественных и зарубежных авторов, мы выявили, что работы по изучению фразеологии как самостоятельной науки ведутся с 40-х годов 20 века. Существуют различные подходы к изучению фразеологических единиц. В современной лингвистике наметилось два направления исследований. Первое направление признает фразеологизм словосочетанием, лингвисты второго направления противопоставляют фразеологизмы словосочетаниям. Однако общепризнанной является позиция Н.М. Шанского о том, что фразеологизмы включают как слова, переосмысленные полностью, так и слова, используемые интуитивно. На протяжении всего периода изучения фразеологических единиц, исследователи предлагали различные классификации фразеологизмов. Общепризнанной является классификация В.В. Виноградова. Рассмотрев основные проблемы перевода фразеологических единиц и их причины, мы выяснили, что существуют различные теории перевода устойчивых выражений. Наиболее распространенной является теория «межъязыковых фразеологических параллелей» Р.И. Яранцева и Л.И. Степановой, основанная на опытах современных классификаций фразеологии оригинала и перевода.

2. ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИЕ ЕДИНИЦЫ С ФЛОРИСТИЧЕСКИМИ КОМПОНЕНТАМИ

1. Понятие «фитоним»

Язык считают зеркалом и кладовой культуры, ведь в нём отражается не  только реальный, окружающий человека мир, но и национальный характер, «картина мира», менталитет народа, традиции, обычаи, мораль, система норм и ценности. Картина реальной действительности репрезентируется и субъективируется с помощью вторичных знаковых систем (в частности, вербального языка) и не является онтологической реальностью. Таким образом, естественный язык преподносит своим носителям мир не в том виде, в каком он существует объективно, а в том, в каком он представлен в их картине мира [2]. Преобразовательное значение языковой картины мира состоит в том, что ее изменение трансформировало бы восприятие людьми окружающего мира и самих себя.

В силу особенностей природной среды  обитания народа, его культурно-исторического  развития, флора является одной из наиболее специфичных областей его культуры, что, в свою очередь, находит отражение в естественном языке – основном этнокультурном коде.

Образы растений в условном языке  мифов и фольклора по своей  символической семантике тесно соотносятся с общекультурными смыслами, которые весьма разнообразны. Флористические компоненты широко используются в речи современного человека. Многие растительные образы приобретают межжанровый характер; в силу этого в рамках общекультурного традиционного кода элементы кода растительного становятся ожидаемыми и прогнозируемыми.

«В современной лингвистике  появляется большое количество новых  направлений и теорий, в русле которых ведутся интенсивные  научные  разработки. В изучении английской фразеологии можно выделить несколько основных направлений: когнитивное, сравнительно-сопоставительное, лингвокультурологическое, гендерное, лексикографическое и вопросы обучения английским фразеологизмам в школе и вузе» [19]

В данном исследовании мы проводили  анализ английских фразеологизмов с флористическими компонентами, так называемых фитонимов. К фитонимам относятся фразеологизмы, в состав которых входит элемент, обозначающий то или иное растение в целом (цветущее растение, ягода, фрукт и т. д.), его составную часть (листовая пластина, стебель, корень и т. д.), вид (дерево, кустарник, трава).[13]

Значительное количество фразеологизмов английского языка с компонентом-фитонимом появилось в  результате влияния растительной символики. В своей диссертации Худенцова О.В. отмечает: «Представители флоры выступают как особые семиотические знаки, несущие в себе определённую культурную информацию о тех свойствах, которые приписывают растениям в той или иной стране»  [21]. Таким образом, можно утверждать, что фитонимы являются важными культурологическими понятиями,   используемыми «при исследовании роли растений в мифологическом,  религиозном, историко-этнографическом и культурном контекстах». [21]

2. Растительный культ в кельтской культуре

Растительный культ, распространенный среди кельтов, населявших Британские острова в VI-II до нашей эры, заложил основу современного  английского лингвокультурного кода «Флора». Культура кельтов середины VI – II вв. до н.э. получила в науке название латенской или Латен. По мнению большинства исследователей, искусство Латен – продукт синтеза местной («европейской», первой половины I тысячелетия до н.э.), так называемой Галынтатской культуры и традиций, воспринятых из Греции и с Востока. [23]

В кельтской культуре  образ  священного древа используется в  период активного взаимодействия британской островной культуры с традициями континентальных кельто-германских племен белгов (знакомых с античной культурой). Очевиден тот факт, что кельтское поклонение священным деревьям имеет много общего с языческими культами древних греков и римлян, почитавших отдельные деревья и священные рощи. Корни кельтской культуры уходят в первобытную зависимость человека от природы. Доказательством тому служат традиции волшебных таинств, унаследованные еще от культа неолитической богини и совершавшиеся исключительно с применением огама – алфавита, в котором согласные образуют календарь древесной магии. Так, в кельтском календаре каждому месяцу, а порой и отдельным дням соответствовало свое дерево. Например, тис символизировал 23 декабря, самый зловещий день года, считалось, что в этот день год умирает. Кельтские жрецы-друиды считали, что каждому человеку в зависимости отдать: его рождения соответствует свое растение. То есть они полагали, что растения покровительствуют определенному промежутку времени, а четыре самых главных из них (дуб, ель, ясень-игдрасень и омела) «расположены» в ключевых точках годового цикла: Весеннее и осеннее равноденствие, зимнее и летнее солнцестояние.[29]

В период христианизации Британских островов церковь присвоила многие языческие растительные символы. Распространение христианства на Британских островах  сказалось на репутации многих представителей растительного царства. Легенда о Гластонберийском терне (по некоторым источникам – боярышнике) осталась в истории благодаря гластонберийским монахам. Они освятили его, введя новые подробности в историю о посохе Иосифа Аримафейского, который, будучи воткнут в землю, превратился в цветущее дерево.[30]

3. Флористические символы, заимствованные из других культур

Многие флористические символы в английском языке были заимствованы из других культур. Так, боярышник – дерево строгого целомудрия. Наименование, под которым оно встречается в ирландских Брихонских установлениях, связано с индоевропейским корнем sceath или sciath “вред”. Отсюда английское scathe “ущерб, вред” и греческое a-scethes “невредимый”. Таковым боярышник считался  в Древней Греции и Риме. Причиной тому – месяц май, пора цветения боярышника. В этом месяце в Древней Греции, как и в Британии, люди одевались в старую одежду – обычай, нашедший отражение в поговорке “Ne'er cast a clout ere May be out” – «Обносок не снимай, покуда месяц май». Май был месяцем строгого воздержания; это объясняет, почему он считался несчастливым месяцем для свадеб. В Греции и Риме в мае убирали в храмах, готовясь к празднику летнего солнцеворота. [30]

Символика некоторых деревьев осталась также неизменной.  Британцы во многом обязаны римлянам тем, что тис  стал традиционным символом скорби.[23] Тис чаще других можно увидеть на британских кладбищах. Связано это с тем, что с началом распространения христианства на Британских островах церкви строились рядом со священными языческими рощами – новая вера была призвана органично войти в жизнь новообращенных. [25]

В современной Великобритании роза, дуб, мак остаются растениями символичными, сохранившими свою знаковость со времен римских завоеваний, а символичность некоторых из них уходит корнями в кельтскую культуру. Символ выступает конденсатором всех принципов знаковости и одновременно выводит за пределы знаковости. Он посредник между разными сферами между семиотической и внесемиотической реальностью. В равной мере он посредник между синхронией текста и памятью культуры. Символ играет роль семиотического конденсатора. [15]

По мнению большинства британцев, общепризнанными символами скорби по многочисленным жертвам мировых войн и военных конфликтов являются роза и мак:  The rose represents the paradigm of Englishness as well as bearing the traditional priority amongst apocalyptic flowers. Поминальный язык не знает более яркого представителя растительного мира, который так органичен в единстве жизни и смерти: The rose is so numerous in British war cemeteries that its shadow falls across every grave at some time during the day.[8]

Лингвокультурный код “Флора”  сконцентрировал в себе значительный опыт первичных обобщений, благодаря  которым  осуществляются  отношения  с действительностью в таких  сферах, как обряды (Wassailing “рождественский обряд поклонения деревьям”, Yule Log “рождественское сжигание бревна”), обычаи (запрет на полевые дикорастущие цветы в доме), нормы быта (лаванда в бельевом шкафу), правовые установления (Besom Wedding “брак, признаваемый, но не оформленный официально”), системы родства (семейное древо), семейные традиции, верования и представления.[6]

Как утверждает Ч. Платт,  любое  отступление от данности природы  всегда воспринималось как нечто, способное причинить вред. Традиционность британского уклада жизни находит выражение в суевериях (сорняки ассоциируются с нечистой силой), верованиях (клевер с четырьмя лепестками приносит удачу). Особого внимания заслуживает древесный культ, распространенный на Британских островах и выражающийся в крайне осторожном отношении к деревьям. Такое внимание к дубу, падубу, боярышнику напрямую связано с языческими верованиями кельтов и римлян, которые оказали влияние на становление английского лингвокультурного кода “Флора”. [7]

Историческая память человека идентична  системе символов культуры,  к  которой он принадлежит. [17] В британской традиции растительная символика зачастую ассоциируется с монархией (роза и лилия, дуб). Флористические мотивы, тема райского сада активно эксплуатировались церковью, которая использовала языческую символику. Имя Девы Марии запечатлено в таких фитонимах, как Lady’s-Smock, -Mantle, -Garters. Британская геральдическая символика в значительной мере носит вегетативный характер.

4. Распространение фитонимов в Викторианскую эпоху. Язык цветов

В XVIII веке в Великобритании получил распространение язык цветов (florigraphy). Жена британского посла в Стамбуле в 1717 году Мэри Уортли Монтегю описала тайный язык любовной переписки "селам", именуемый также "языком предметов и цветов", в своих письмах, опубликованных в 1763 году, вскоре после её смерти, и сделавших её знаменитой. "Нет такой краски, цветов, сорной травы, фруктов, травы, камня, птичьего пера, которые не имели бы соответствующего им стиха, и вы можете ссориться, браниться, слать письма страсти, дружбы, любезности, или обмениваться новостями, при этом не испачкав свои пальцы". - леди Мэри Уортли Монтегю. [31]

Цветочные словари публиковались  в течение всего XVIII столетия, рассказывая о значении того или иного растения. Ассоциации цвета в цветочном этикете: красный цвет ассоциировался с цветом жизни, любви, (отсюда роза - символ любви, гвоздика - цветок страсти), а также как цвет крови, символ гнева и мести (цвет войны и революции). Белый цвет - символ чистоты и невинности (лилия); чёрный - символ печали, траура; жёлтый - символ отвращения, ненависти; золотистый - символа солнца и радости; зелёный - символ надежды; голубой -  цвет богов; синий - символ верности (незабудки, фиалки); пурпурный - символ величия.

“Словари” цветочного языка стали  популярными благодаря леди  Мэри Уортли Монтегю, которая жила в Константинополе  и писала письма, используя именно этот язык. Они были опубликованы после  ее смерти в 1763 году.

Растительные мотивы в культуре сохранились и в XIX веке. Эпоха королевы Виктории стала временем зарождения одного из самых известных хобби британцев – садоводства. Высшее общество видело в создании городских садов и парков возможность привить простым людям любовь к прекрасному, отвлечь от чрезмерного употребления спиртного по причине отсутствия каких-либо других развлечений. Появление садов и парков, по мнению многих, способствовало снятию социального напряжения. В моду вошли экзотические растения: рододендрон, орхидея, бегония, фуксия, циния, астра. Садоводство из модного увлечения превратилось в национальную особенность. Протестантская религия требовала от человека постоянно трудиться. Поэтому справедливо следующее высказывание: “A man who has planted a garden feels that he has done something for the good of the world” (Charles Dudley Warner). [31]

5. Современные представления о фразеологизмах с флористическим компонентом.

Современное социолингвистическое направление  в изучении фразеологических единиц выдвинуло на передний план необходимость комплексного анализа их этнокультурной специфики и универсальных, межъязыковых отношений на основании культурологически релевантных признаков. [18] Не случайно большинство отечественных и зарубежных кросскультурных исследований в области фразеологии ориентировано не на механическое выявление параллельных конструкций ФЕ в разных языках, а на раскрытие внутренних связей и взаимообусловленности изучаемых языковых явлений.

Метафоричность фитоморфных фразеологизмов, присущая им субъективно-оценочная коннотация, специфика их семантических параметров и синтаксической структуры во многом обусловлена их референциальной сферой, основу которой составляет имплицитно выраженный в них антропоцентризм как проявление древней фольклорной традиции приписывания растениям определенных черт человеческого характера. [21]В этнокультуре разных народов фразеологизмы, включающие названия животных, - это в первую очередь высказывания о человеке, его духовных и социальных чертах.

Таким образом, рассмотрев понятие  английские фразеологические единицы с флористическими компонентами, проследив влияние различных культур на возникновение и распространение фитонимов, мы пришли к выводу, что значительное количество фразеологизмов английского языка с компонентом-фитонимом появилось в  результате влияния растительной символики. Это связано с тем, что флора является одной из наиболее специфичных областей культуры народов, что, в свою очередь, находит отражение в естественном языке. Значительное влияние на возникновение и дальнейшее распространение оказала культура кельтов. Корни кельтской культуры уходят в первобытную зависимость человека от природы, кельты покланялись образу священного древа, что способствовало использованию флористических компонентов в речи в виде устойчивых выражений. Многие флористические символы в английском языке были заимствованы из других культур. Так, многие символы сохранили своё значение и в современном английском языке (роза, дуб, дерево, куст). Фразеологические единицы с флористическими компонентами получили широкое распространение в викторианскую эпоху. Причиной этому послужило зарождение одного из самых известных хобби британцев – садоводства. Более того, в эпоху королевы Виктории получил распространение язык цветов. Все эти факты способствовали возникновению новых фитонимов, их распространению и приданию им особого смысла.