Илья Ильич Мечников. Основные труды

Тогда Илья Ильич  еще не подозревал всего значения этого факта, впоследствии послужившего фундаментом его будущей фагоцитарной теории, вполне созревшей лишь восемнадцать лет спустя.

В марте 1867 года Мечников приехал в Петербург. Здесь  Илья Ильич должен был защищать свою диссертацию “История эмбрионального развития “ и готовиться к профессуре.

На основании  представленных научных работ Мечников получил магистерскую степень без всяких экзаменов. Пополам с А.О.Ковалевским ему была присуждена первая Бэровская премия за выдающиеся труды по сравнительной эмбриологии.⁶

В конце 1867 года в Петербурге на съезде естествоиспытателей Мечников сделал доклад о зародышевых пластах (слои клеток зародыша).

Мечникову предложили занять вакансию доцента зоологии в  Петербургском университете.

Ему удалось  исследовать одно загадочное животное - торнарию.

Маленькую прозрачную торнарию ученые знали давно, и все считали ее личинкой какой-то морской звезды. Оказалось, что торнария - это личинка баланоглосса, животного, которое долгое время относили к червям. Теперь место баланоглосса среди  животных изменилось, он оказался близким родственником иглокожих, промежуточным звеном между иглокожими и червями.

Эти успешные исследования ободрили Мечникова. Он снова был увлечен мыслями о научной работе, о новых открытиях.

В 1870 году двадцатипятилетний Мечников начал читать зоологию студентам  университета в Одессе. 20 апреля 1873 года умерла Людмила Васильевна. Илья Ильич тяжело перенес смерть жены.⁷

В те годы Новороссийский университет приобрел репутацию  самого демократического в России. В числе профессоров университета были Сеченов, Мечников и другие ученые. Сюда тянулась молодежь, жаждавшая нового, вдохновенного слова. В Одессе принимали исключенных по подозрению в неблагонадежности студентов из других университетов. Мечта Мечникова начинала сбываться; собранные в Одессе передовые деятели русской науки, вместе представляли собой силу, которая влияла на совет университета. Многие молодые люди того времени были обязаны Мечникову и его соратникам тем, что получили высшее образование.

Мечников считал актуальной работу по исследованию путей  распространения заразы возвратного тифа, которым болели в то время многие тысячи людей. У больного возвратным тифом он взял зараженную кровь и ввел ее в свой организм.

Отважному ученому  пришлось тяжело поплатиться за свою смелость. Мечников заболел тяжелой  формой возвратного тифа. Несколько недель Илья Ильич находился между жизнью и смертью.

1882 год был  последним годом деятельности Мечникова как профессора университета. В знак протеста против реакционных действий царского министерства просвещения Илья Ильич покинул университет.

Лето 1882 года Мечников провел в имении Поповка, полученном его женой в наследство от родителей. Научная работа не прекращалась и  здесь.

Наблюдая большие  опустошения, причиняемые посевам  хлебным жуком куськой, Мечников, уже давно интересовавшийся им, старается подыскать меры борьбы с ним. Убедившись в том, что жуки эти подвергаются какому-то грибковому заболеванию, вызывающему среди них большую смертность, он решается использовать эту находку для борьбы с жуком при помощи заражения полей названным грибком. Опыты увенчались полным успехом.

Впервые в России и во всем мире Мечников использовал  новый, микробиологический метод борьбы с вредителями полей, широко теперь применяемый в нашей стране.

На берегу Средиземного моря близ Мессины Мечниковы сняли маленький домик. Илья Ильич много и напряженно работал.

Мечников продолжил  свои наблюдения над внутриклеточным  пищеварением.

Мечников мысленно поднимался по великой лестнице постепенного усложнения и совершенствования  живых существ. В теле личинок морских звезд много блуждающих клеток, которые берут на себя функцию организма. Эти клетки не сидят на одном месте, они передвигаются по телу животного.

Мечников ввел в тело прозрачной личинки морской  звезды мелкий порошок кармина. Через  микроскоп ясно было видно, как вокруг кроваво-красных зерен кармина вырастала стена блуждающих клеток. Кармин стал “пищей”, он попал внутрь клеток и окрасил их в цвет рубина. В прозрачном теле личинки морской звезды, выпуская вперед ложноножки и переливая свое тело по направлению движения, двигались блуждающие клетки.

Наблюдая за жизнью подвижных клеток, его осенила  мысль, что подобные клетки должны служить  в организме для противодействия  вредным деятелям. Если это предположение  справедливо, то заноза, вставленная в тело личинки морской звезды, не имеющей ни сосудистой, ни нервной системы, должна в короткое время окружиться налезшими на нее подвижными клетками, подобно тому, как это наблюдается у человека, занозившего палец.

Поставленный  опыт составил основу теории фагоцитов, разработке которой были посвящены последующие двадцать пять лет жизни.

Шип розы, воткнутый  в личинку морской звезды, и  заноза, попавшая в палец человека, вызывают сходное явление. И в  том и в другом случае особый вид  клеток, родственных по происхождению, устремляется к источнику раздражения и окружает его. Палец краснеет, появляется жар, боль, опухоль. Все это - следствие воспалительного процесса, вызванного занозой. В результате миллионы живых и мертвых блуждающих клеток и разрушенные элементы тканей - гной - обволакивают занозу и облегчают ее удаление.

Мечников предполагал, что блуждающие клетки делают одинаково  хорошо свое дело на всех ступенях развития животного мира.

Розовый шип  и личинка морской звезды вошли  в историю мировой науки. Отсюда получила свое начало фагоцитарная теория иммунитета.

Вскоре Мечников послал на родину сообщение о своем  открытии. В журнале “Русская медицина”  за 1883 год было напечатано сообщение  о чудесных свойствах блуждающих клеток. Статья произвела глубокое впечатление на ученых.

В Одессе на съезде врачей и естествоиспытателей Мечников сделал доклад на тему “Целебные силы организма”.  Доклад вызвал несмолкаемые овации. Блестящий по форме, исключительно  глубокий по содержанию, он открыл новую  эпоху в развитии патологии, в развитии учения о болезнях.⁸

Весть об открытии русского ученого облетела весь земной шар. Но новая теория была встречена  ученым миром с недоверием. Большинство  ученых просто игнорировали ее. Мечникову  предстоял многолетний труд утверждения  его теории.

В течение многих дней дафнии спокойно плавали в блюдечке, наполненном водой. Мечников тщательно  наблюдал за жизнью водяных блох. Однажды  он заметил, как одна из дафний  проглотила с водой несколько спор - зародышей  грибка-паразита, имевших форму игл. В микроскоп Мечников видел, как эти иглы прокалывали кишечник прозрачной дафнии, попадали во все органы животного и там прорастали, превращались в грибки; в результате эти ядовитые грибки заполняли заболевшую дафнию и губили ее.

Но бывало иначе. Не успевали игольчатые споры врага, проколов кишечный канал, проникнуть в полость тела дафнии, как на них набрасывались блуждающие клетки - фагоциты, - окружали иглы, обволакивали их и поедали. Иглообразные споры не успевали превратиться в ядовитые грибки и парализовать действие блуждающих клеток; наоборот, споры грибка сами погибали, служа пищей для защитников дафнии - фагоцитов. Смерть или жизнь водяной блошки зависела от исхода борьбы между фагоцитами и грибком паразитом.

Теория фагоцитов - утверждение, что животный организм обладает способностью защищаться от болезней благодаря наличию в нем блуждающих клеток, противостоящих болезнетворным микробам, - получила первое блестящее подтверждение.

От низших животных Мечников перешел к высшим - млекопитающим. Здесь ему пришлось еще раз убедиться в том, что фагоциты не всегда поедают микробов. Если вводимые им в организм животного сибиреязвенные палочки искусственно были ослаблены, они становились добычей фагоцитов, и животное выздоравливало. Если впрыскивали сильную культуру сибиреязвенных палочек, фагоциты не справлялись с ними, наступала смерть.

Мечников стал впрыскивать кроликам постепенно увеличивающиеся  порции вакцины сибирской язвы. Подготовив таким образом кролика, Мечников брал второго, который не подвергался  вакцинации, и обоим вводил сильную дозу микробов сибирской язвы. Первый кролик выживал - его фагоциты справлялись с работой и поедали микробов, а второй погибал - его фагоциты не в силах были уничтожить врага.

После этих опытов Мечников с еще большей уверенностью заявил, что невосприимчивость, или иммунитет, заключается в приучении фагоцитов к борьбе с сильно ядовитыми микробами. Иммунитет, как оказалось, стоял в прямой зависимости от “дрессировки” фагоцитов.

Опыты Мечникова  и его замечательные достижения совпали с другими открытиями. В Париже Луи Пастер открыл вакцину против ужасной болезни - водобоязни (бешенства). В Германии Роберт Кох разгадал тайну туберкулеза, открыв возбудителя этого недуга - микроба, получившего название “палочки Коха”.

Но до Мечникова  никто удовлетворительно не объяснил причин как естественной, так и искусственной (вызванной путем вакцинации) невосприимчивости.

В 1886 году Одесское городское управление вынесло решение о создании первой в России бактериологической станции. Возглавить эту первую научную организацию по борьбе с заразными болезнями пригласили Мечникова. Вместе с ним работали русский ученый Николай Федорович Гамалея и врач Бардах. Мечников с увлечением работал на станции. Он расширил рамки практической деятельности станции: здесь не только лечили больных, но и применяли новейшие средства борьбы с вредителями сельского хозяйства, вызывающими болезни растений и животных.

Илья Ильич  предложил применить новый метод  борьбы с сусликами, размножившимися  и приносившими громадный вред сельскому хозяйству. Идея Мечникова заключалась в том, чтобы распылять по полям разводки микроба куриной холеры, смертельной для сусликов.

В 1887 году Мечников решил провести массовые прививки против сибирской язвы овцам. Это решение  было вызвано большой эпидемией сибирки, от которой гибли десятки тысяч овец. Помощники Мечникова специально ездили к Пастеру для ознакомления с техникой этого дела. Работа дала свои результаты, тысячи овец были спасены прививками ослабленных культур сибирской язвы.

В 1888 году по приглашению Луи Пастера Мечников переехал в Париж и организовал лабораторию в Пастеровском институте.⁹

Первые годы своей работы в Париже Мечников посвятил защите фагоцитарной теории. Согласно учению Мечникова, важнейшим защитным свойством организма является способность фагоцитов к заглатыванию и перевариванию микробов. Но другого мнения придерживались представители так называемой школы гуморалистов. Они считали, что уничтожают микробов не фагоциты, а кровяная сыворотка и другие тканевые жидкости организма.

Более яростной и длительной борьбы, чем борьба между Мечниковым и гуморалистами  не было. Она принесла человечеству большую пользу, так как дала повод обеим сторонам произвести ряд важнейших изысканий в области медицины.

Мечников с  изумительной энергией подтверждал свою идею не рассуждениями, а новыми и новыми фактами.

В 1871 году Мечникова  избрали почетным доктором Кембриджского  университета. Вскоре после этого  в Лондоне должен был состояться Международный конгресс естествоиспытателей, на котором предстояла серьезная схватка с противниками фагоцитарной теории. К съезду готовился не только Мечников, но и весь институт Пастера.

Исследуя проблему фагоцитов в связи с иммунитетом, Илья Ильич исчерпывающе осветил  и другую сторону вопроса: он подготовил к печати труд, озаглавленный “Лекции о сравнительной патологии воспаления”, ставшей впоследствии классическим. Эта книга вышла в 1892 году. Она подводила итог многим годам напряженной работы Ильи Ильича в области изучения внутри клеточного пищеварения и фагоцитов. Добытые в результате исследований факты приобрели форму стройной теории. Эта же книга определила направление будущих работ Мечникова и его учеников. Особый интерес приобрели исследования явлений старости и долголетия.¹⁰

Главная цель книги  состояла в том, чтобы установить прочную связь между учением о болезнетворных процессах и биологией вообще. Теория воспаления Мечникова стала классической. Жизнь Ильи Ильича проходит в непрерывном, вдохновенном труде. Он уходит из лаборатории только для того, чтобы несколько часов поспать. Ольга Николаевна также не покидает института: она принимает больных, которые толпами идут к Пастеру за исцелением. Мечниковы живут в Париже, но они мало знают этот город: в труде протекают месяцы и годы. Илья Ильич считает своим долгом вступить в борьбу с эпидемией холеры. Дело оказывается не только опасным, но и в высшей степени запутанным и трудным. Проходят месяцы напряженной работы .Готовый на все ради блага людей, Мечников решил произвести опыт над самим собой. Мечников выпил разводку холерных эмбрионов, но не заболел. Помощник Мечникова Латапи также повторил над собой опыт с холерными вибрионами и также остался здоровым. Через восемь дней Мечников повторил героический опыт, и опять ни он, ни его помощник не заболели.