Этнополитические конфликты

По мнению В.А. Тишкова  в России резкий рост миграционных потоков произошел в результате вооруженных конфликтов и изменившейся политической и социально-психологической  ситуации. В результате чеченской  войны около половины населения  Чечни выехало в другие регионы  России. Также в России произошел  огромный прирост мигрантов из стран  бывшего СССР, при резком сокращении обратного потока. [23, с. 172]

Опасным конфликтогенным фактором является также ставка на монополизацию политического господства в руках доминирующей русской нации. М. Мнацаканян отмечает, что: «С распадом СССР исчезает имперский имидж России в лице Российской Федерации и более отчетливо проявляется ее характер как национального государства русских. Требования к нерусским народам вполне соответствуют статусу такого государства, и традиционный великодержавный национализм часто приобретает черты и выражения обиженного судьбой народа . В этих условиях национализм принимает форму и выражение патриотизма. И в России повторяется то, что мы неоднократно видели в различных странах: носители национальной вражды, ненависти, экстремистской и фашистской идеологии считают себя истинными патриотами, спасителями родины». [20, с. 225]

Еще один фактор, угрожающий этнополитической стабильности государства  – это средства массовой информации, которые активно участвуют в  формировании общественного сознания и способствуют в определенной мере разжиганию этнополитических конфликтов. Явно негативную роль играют не всегда компетентные, оскорбительные публикации и передачи в СМИ, возбуждающие национал-экстремизм, за которые журналисты не несут никакой ответственности. Исходя из этого, представляется важным определить приоритеты в информировании населения, пропагандировать примеры не вражды, а дружбы, взаимопомощи, нацеленные на формирование этнотолерантного массового сознания и поведения. В целом же этническая проблематика требует от журналистов большей ответственности, высокого уровня компетентности и профессионализма. [23, с. 263]

Начиная с 2000-х гг. в России произошли серьезные позитивные изменения, а именно, укрепление российской государственности, формирование приоритетов  государственного строительства и  национального развития России, постепенное  осознание необходимости консолидации различных этнических и религиозных (этнокультурных) сообществ, вокруг задачи национального масштаба – формирования единой российской нации. Это формирование, как справедливо отмечает В.А. Тишков, не отменяет наличия в России этнических общностей («народов» или «национальностей»), и с учетом давней традиции использования термина «нация» на данном историческом этапе вполне возможно сохранить двойной смысл этого словоупотребления: российский народ, или российская нация как согражданство – и народы, или этнонации как этнические сообщества. [19, с. 68]

Также для поддержания  этнополитической стабильности, развития межкультурных связей и решения  проблемы социально-экономического, этнокультурного  и духовного развития народов  России Министерством регионального  развития была разработана Концепция  федеральной целевой программы  «Этнокультурное развитие регионов России (2006-2008 гг.)». В программе предусматривается  содействие межкультурному и межрелигиозному  диалогу и сотрудничеству, направленному  на противодействие экстремизму  и различного рода нетерпимости.

Разработчики Концепции  исходили из того, что не только национальный аспект, но и религиозный - как важный и неотъемлемый элемент социокультурных традиций и образа жизни народов России – входит в понятие этнокультурное. Это соответствует подходам, реализуемым в Концепции государственной национальной политики Российской Федерации, в которой государственно-конфессиональные отношения рассматриваются как часть национальной политики. [25, с. 302]

Еще одним шагом на пути сохранения целостного, полиэтничного государства и снятия этнополитической напряженности является принятие мер по воспитанию толерантности с детского возраста. Представляется, что включение в региональные стандарты среднего, средне-специального и вузовского образования учебных программ по этнологии позволит качественно изменить духовно-нравственное воспитание молодежи, что в свою очередь приведет к повышению этнотолерантности и терпимости в обществе.

Сегодня проблема этнической толерантности настолько актуальна  и глобальна, что ЮНЕСКО работает над разъяснением философии мира между народами, уважения всех этносов  и этнических групп. Особое внимание уделяется проблемам терпимости, плюрализма и культурного мира.

Сегодня, в условиях обновления высшей политической власти, перед  новым руководством страны стоит  задача выработать действенные меры противодействия этнополитическому и религиозно-политическому экстремизму, снизить уровень конфликтности в межнациональных и этноконфессиональных отношениях, сформировать надежные механизмы функционирования этносистем в условиях полиэтничного и поликонфессионального государства, представить новые модели политического поведения и новые средства воздействия на массовое политическое сознание, которые могли бы служить основой для формирования стабильной политической жизни в России. [27, с. 56]

Достичь этого можно лишь сохраняя и развивая национальную специфику народов, создавая условия для равноправного их участия в управлении государственными и общественными делами, развивая традиционные отрасли хозяйства, духовное возрождение, сохраняя и развивая национальную культуру и язык, воспитывая в обществе толерантность и терпимость, культивируя ценности индивидуальной свободы.

Достижению этих целей  неоспоримо способствует лишь демократическое, федеративное государство, провозглашающее  новые формы толерантности между  этническими и культурными группами на федеральном, региональном и местном  уровне.

2.3 Постсоветская модель региональных конфликтов: Грузия, Россия, Украина

2008 год запомнится  рядом событий, которые, без  сомнения, еще долго будут оказывать  свое влияния на происходящие  в мире политические и экономические  преобразования.

Бесспорно, в  первую очередь речь идет о глобальном финансовом кризисе, обрушившемся сначала  на Североамериканские Штаты, а затем, в связи с крайне сильной зависимостью друг от друга стран с рыночной экономикой – государств Европы, Южной  Америки, Азии, не исключая Россию. На политической арене не угасают ожесточенные споры  по поводу неоднозначной оценки скоротечного военного конфликта между Грузией  и Россией. Происшествие на Кавказе  повлекло за собой цепь событий, имеющих  важное значение с точки зрения мировой политики и безопасности. К ним можно отнести одностороннее признание Россией Абхазии и Южной Осетии, фактическое согласие на вступление последней в союзное государство Российской Федерации и Беларуси; активизация США в переговорном процессе с Чехией и Польшей по поводу размещения на территории этих государств элементов своей противоракетной обороны; решение М. Саакашвили о выходе Грузии из состава СНГ и последовавшие вслед за этим разговоры о необходимости этой организации. С новой силой вспыхнула риторика по поводу вступления Украины и той же Грузии в состав НАТО. [27, с. 32]

В октябре во французском Эвиане Д. Медведев выступил с речью, в которой вполне недвусмысленно указал на виновника проблем на глобальном финансовом рынке и предложил свой вариант выхода из кризиса. Кроме того российский президент фактически обрисовал контуры нового миропорядка со вполне четко обозначенным местом России на новом политико-экономическом глобусе. Все это дает основание полагать, что 2008 год ставит точку в череде достаточно спокойных лет, отмеченных стабильностью в экономическом плане и сдержанностью в политическом. [3, с. 23]

Отношениям России и Североатлантического блока (НАТО) свойственна цикличность. Времена  относительного затишья сменяются  периодами ожесточенной риторики с  обеих сторон. Наибольшее возмущение нашей страны уже долгие годы вызывает медленное, но верное продвижение НАТО на восток. Сегодня, когда на стремление Грузии войти в состав блока наложились политические результаты конфликта на Кавказе, спираль обоюдных упреков закрутилась с новой силой.

Особую остроту  ситуации вокруг Грузии придают два  обстоятельства. Во-первых, пока твердое  решение НАТО принять в свои ряды эту страну. В случае вступления Грузии в Североатлантический блок, Тбилиси получит официальную, а  не полулегальную поддержку Вашингтона; поставки вооружения будут преподноситься как узаконенная поддержка войск  НАТО. Во-вторых, Южная Осетия попросила  о вступлении в состав союзного государства  России и Беларуси, не исключено, что  ее примеру последует и Абхазия. Если Кремлю удастся заручиться поддержкой Минска, так и не признавшего до сих пор независимости республик, Южная Осетия станет плацдармом для размещения российских военных баз и получит статус уже не области временного расположения баз миротворческого контингента, а фактически места дислокации внутренних войск внутри конфедерации. [5, с. 18]

В этом случае взаимоотношения  России и НАТО будут находиться под  постоянной угрозой разрыва, так  как позиции нашей страны и  блока по поводу признания ресупублики диаметрально противоположны. Антагонистические настроения будут серьезной преградой при восстановлении считавшихся ранее партнерскими отношений. Коллизии в мировом праве, допускающем ситуацию, когда одна страна признает то или иное государство в качестве независимого, а другое – нет, неоднозначность трактовки принципов признания, а, зачастую, и применение двойных стандартов делает возможным подобные эксцессы. Сегодня благодаря этому возможна если и не территориальная, то политическая аннексия части одного государства другим. Этим приемом воспользовались сами страны НАТО (в большей степени США и Великобритания) в спорной ситуации вокруг Косово, тогда как Россия была в оппозиции, отказавшись видеть на карте новое государственное образование. Сейчас же роли поменялись, и уже наша страна в одностороннем порядке идет на признание независимости Южной Осетии и Абхазии, в то время как почти все члены ООН отстаивают территориальную целостность Грузии. [12, с. 73]

Разумеется, усиление военного присутствия НАТО в регионе  при гипотетическом принятии Грузии в Североатлантический блок и  одновременной передислокации российских армейских подразделений в район  Южной Осетии и, например, Северной Осетии и Чечни – на территории, находящиеся на расстоянии прямой ракетной доступности от Тбилиси, не прибавят спокойствия на Кавказе. Каждый будет  отстаивать собственные интересы в  ущерб нормальной жизни граждан, как Южной Осетии, Абхазии, так и Грузии. Поэтому важно крайне осторожно и взвешенно проводить политику в регионе и со стороны России, и со стороны НАТО. Д. Медведев говорил в этой связи: «Сегодня мы не можем уйти от факта, что для предотвращения агрессии не сработали ни многосторонняя дипломатия, ни региональные механизмы, ни нынешняя европейская архитектура безопасности в целом. Особенно наглядно продемонстрировал свою ущербность так называемый НАТО-центризм. Из всего этого нужно сделать выводы. Современной Евро-Атлантике нужна позитивная повестка дня. События на Кавказе лишь подтвердили абсолютную правильность идеи нового Договора о европейской безопасности. С его помощью вполне можно создать единую и надёжную систему всеобъемлющей безопасности. Эта система должна быть равной для всех государств – без изоляции кого-либо и без зон с разным уровнем безопасности. Она должна быть призвана объединить всю Евро-Атлантику на основе единых правил игры. И на долгие годы в юридически обязывающей форме обеспечить наши общие гарантии безопасности». [19, с. 86]

Месяцем позже, в  своем Послании Федеральному Собранию Президент заявляет: «Думаю, возникшее после распада СССР представление о собственном мнении, как о единственно верном и неоспоримом, в конечном итоги привело власти США и к крупным просчетам в экономической сфере….Будучи теснейшим образом связанной с рынками всех развитых стран и при этом самой мощной из всех – экономика США потащила за собой вниз на траекторию спада финансовые рынки планеты». [28]

В этой связи  становится еще очевиднее, что главными антагонистами, как и полвека назад остаются США и Россия, при очном общении поддерживающие партнерские отношения, заочно, как минимум крайне жестко критикующие друг друга, максимум – готовятся к реставрации времен холодной войны.

Об этом прямо  говорят многие факты. Недвусмысленным  кажется, горячее желание Соединенных  Штатов разместить элементы своей противоракетной  обороны в странах восточной  Европы (Чехия, Польша) и внезапная  активизация затянувшихся переговоров  по этому поводу после грузино-российского  конфликта. Россия не остается в долгу. Не переставая высказывать озабоченность приближением ПРО США к границам страны, Кремль, не способный сегодня тягать со Штатами в масштабности защитных линий, предпочитает вкладывать средства в наступательное вооружение, не способное потенциально быть ликвидированным американскими оборонительными рубежами. Об этом говорит, например, количество испытаний ракет, проводимых в последнее время. Не так давно Президент Медведев лично наблюдал за пуском ракеты «Синева» на учениях Северного флота, а на космодроме Плесецк - ракеты «Тополь», что, безусловно, подчеркивает важность этих мероприятий. Отметим, что баллистическая ракета «Синева» сегодня преподносится как непревзойденная в своем классе, от других отличается повышенной защищенностью от действия сбивающих систему наведения электромагнитных импульсов, системой преодоления ПРО противника и тем, что ракета может оснащаться не только четырьмя боеголовками среднего класса, но и десятью боевыми блоками малого класса. Несомненно, наличие арсенала подобных вооружений – сильный козырь в руках Кремля. [23, с. 143]

О поиске путей  обхода потенциального рубежа ПРО США  в Восточной Европе, осуществляемом Москвой, свидетельствуют демонстративные  учения кораблей Северного флота, совершивших  многонедельный переход к берегам  Венесуэлы – известному противнику политики Соединенных Штатов. Стоит  ли говорить, что этот поход не кажется  обязательным с точки зрения улучшения навыков экипажей кораблей и выглядит исключительно показательным.

Если говорить об окончании споров по поводу статуса  Южной Осетии и Абхазии, и, как  следствие, о территориальной целостности  Грузии, то, очевидно, что расхождение  по этому вопросу между странами Запада и Россией настолько велико, что найти компромисс в краткие сроки будет практически невозможно. Вероятнее всего, что сама конфронтация по данному поводу перейдет в стадию вялотекущего противостояния. Де-факто Южная Осетия и Абхазия получили мощного союзника в деле об обретении независимости. Россия, считающая М. Саакашвили военным преступником, не допустит повторения геноцида и поможет силовым структурам республик поддержать свои границы. [27, с. 137]