Проблемы внутренней и внешней политики России

Проблемы внутренней и внешней политики России

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Оглавление

 

 

Введение

Весьма интересным вопросом для изучения в настоящее время является проблема формирования внутренней политики России на рубеже веков. Распад СССР и прекращение его существования как субъекта международного права явилось причиной того, что главной тенденцией развития биполярных взаимоотношений местного и федерального уровня оставалось выживание в рамках неопределённости и объединения в целях сохранения влияния на международной арене, как российского государства, так и регионов. Регионы также выходят на международные рынки и ведут политику по выстраиванию привлекательного инвестиционного климата в областях, краях и республиках. Всё это невозможно без обоюдного взаимодействия и выстраивания отношений, направленных на укрепление значимости государственного суверенитета, даже ценой передачи тех или иных прав центральным органам власти.

Россия — один из ключевых участников международных отношений. В качестве одного из пяти постоянных членов Совета безопасности ООН Россия несёт особую ответственность за поддержание международного мира и безопасности. Россия входит также в «Большую восьмерку» экономически развитых государств, является членом значительного числа других международных организаций, включая Совет Европы и ОБСЕ. Особое место занимают организации, созданные на пространстве бывшего СССР в основном при ведущей роли России: СНГ, ЕврАзЭС, ОДКБ, ШОС.

 

 

 

 

 

Проблемы внутренней и внешней политики России

На данный момент в России сохранились стратегические военные силы, космический сектор, военная авиация и военно-морской флот. Сохранилась и значительная часть внешней разведки, имевшей в СССР глобальный характер. Именно это позволило Путину начать свои реорганизации с усиления силового блока, что было также важно для обеспечения стабильности в стране.

Именно эта парадигма остаётся во главе столпа российской внутренней политики и по сей день. На данном этапе развития России, на фоне мировых кризисов и геополитической нестабильности в странах Азии, Африки и на территории СНГ, остаётся первоочередной задачей, сохранение в стране стабильности, подкреплённой влиятельным аппаратом центрального управления. Также важным вопросом остаётся борьба с коррупцией, терроризмом и криминалом, которые являются потенциальными центробежными силами и угрозами дестабилизации государства. Россия, по сравнению с 90-ми годами 20 века стала проводить активную внешнюю политику, которая основывается на принципе многополярности и постулатах, прописанных в уставе ООН.          

Природа центризма во внутренней политике российского государства является не просто отказом от левого и правого экстремизма, но представляет собой радикальный центризм. Конечно, как и во всякой политической системе, этот центризм отягощен рядом противоречий, прежде всего между попытками развить базу либеральной экономики и общества наряду с усилением роли государства. Но в современной России управление страной должно быть не только централизованным и твердым, но и очень осторожным, так как и несущие конструкции, и фундамент российской власти все еще хрупки. Самый острый период всеобщего кризиса в России остался позади. Однако, и с социально- экономической,  и с политической точки зрения российское общество еще нельзя назвать вполне здоровым. Подтверждением этого служат выступления на Болотной площади в декабре 2011 года, связанные с несогласием оппозиционных сил с итогами парламентскими выборами в нижнюю палату высшего российского законодательного органа. Обвинения на почве бесконтрольной власти центральных органов власти и призывы к либерализации политической системы, а также пересмотра принципов государственного управления, охватывающего всю сферу управления внутренней политики в современном российском обществе.                                                                                         

Приход к власти Д. Медведева не произвёл никаких революционных изменений в политике выстраивания связей «центр-регионы». Появление ещё при президентстве Путина большинства депутатов про-правительственной партии «Единая Россия» в нижней палате парламента, способствовало апробированию необходимых законов, направленных на укрепление президентской власти в лице представителей президента в федеральных округах и администрации президента. Кроме того, была возобновлена традиция императорской России, когда на рубежах Кавказа находился постоянный представитель самодержца в этой губернии, сейчас это полномочный представитель президента в Северо-Кавказском федеральном округе. Он занимается формированием атмосферы благоприятного экономического климата, который в перспективе, должен способствовать консервации центробежных процессов в регионе и стабилизировать отношение местных жителей к федеральному центру, подорванному во время первой чеченской кампании.

Не стоит сбрасывать со счетов влияние региональных лидеров в национальной политике государства. Если произвести прогностические расчёты путём сравнительно-исторического метода и социо-политического анализа современного состояния общества и экономических показателей, становится очевидна и вполне логична тенденция возрастания роли регионов и их глав. Проводя теоретическое обобщение и синтез вышеуказанных данных, можно сделать вывод, что в дальнейшем развитие регионов выльется в экономическую плоскость. Вместо стремлений создать собственное суверенное государство будет нарастать конкуренция и, следовательно, повышение конкурентоспособности производимой регионами продукции, как на внутреннем, так и на внешнем рынке. Нельзя отрицать и возможности большей самостоятельности в распоряжении собранными налогами. Сокращение бедных слоёв населения повлечёт за собой появление среднего класса, который может начать более активно отстаивать свои интересы, что уже проявляется. В качестве результата, здесь стоит упомянуть о возвращении к практике выборов глав субъектов РФ.

В дальнейшем подобная динамика, опирающаяся на укрепление роли государства, может послужить геополитическим центром притяжения для ряда государств на постсоветском пространстве. Эти государства уже в недалёком будущем могут перенять российскую модель управления и, ради финансирования из Москвы, в связи с новыми этапами экономического и банковского кризиса, вполне могут стать буферными государствами в свете геополитических споров за ресурсы, служащие экономической опорой только набирающей этапы модернизации стране. Но как показывает аналогичные примеры в эмпирической области, беря в расчёт историю развития других государств, следует ожидать давления со стороны других геополитических игроков. В данном положении очень важно заручиться поддержкой таких наднациональных организаций как ШОС и БРИКС. В данном случае это сведёт на нет давление на Россию таких склонных к доминированию акторов, как США и Китай.

Как закономерность, в целях избежать резких колебаний в нашем государстве, президентом и парламентом были увеличены сроки пребывания у власти президента и нахождения в Думе депутатов, до 6 и 5 лет соответственно. В ходе дальнейших реформ и стабилизации центробежных тенденций, главной задачей будет стоять увеличение благосостояния народов РФ, как противовеса влиянию в массах примеров «арабской весны», где царила неблагоприятная социо-политическая ситуация в преддверии выборов в центральные органы власти.

В целом, картина формирования внутренней политики России в постсоветское время развивается по принципу спирали. Следуя принципам компаративистики, из всего вышесказанного можно сделать три вывода. Во-первых, центробежные силы в свете геополитических изменений и политической нестабильности на макрополитическом уровне подталкивают субъекты федерации на сближение с центром, что имеет также своё отражение на мировой геополитической карте. Для примера, можно обратиться к постсоветскому пространству, в границах которого, все бывшие страны-члены СССР проявляют явную заинтересованность сближения с Россией, как в экономическом, так и в политическом поле. Во-вторых, проследив всю хронологию событий российской истории, не остаётся сомнений, что на почве нашей страны, многие года имевшей достаточно короткие периоды чёткого демократического устройства. Вследствие этого, институты демократического уклада жизни общества усваиваются достаточно тяжело, и стоит говорить о формировании так называемого демократического устройства с учётом суверенных норм и ценностей, не похожих на существующие модели за рамками восточной Европы. Всё это можно связать с тем, что наложение современных западных демократических норм, выработанных западными политическими школами, не вполне подходит для современного российского общества и для его самобытной политической культуры. В-третьих, стоит заметить важную тенденцию в формировании внутренней политики формирования российского государства, которая заключается в важной роли человеческого фактора в политической сфере жизнедеятельности общества. Большое влияние отдельно взятого лица  или группы лиц, пришедших к власти на государственном уровне, в дальнейшем итоге и отображает дальнейшие контуры векторов развития политической системы общества и взаимодействия во всех стезях вертикали власти, которые развиваются в рамках задуманной и реализуемой ими политики.

За последние восемь лет  международное положение Российской Федерации существенно укрепилось,  но это в наименьшей степени результат российской внешней политики. 

Внешняя политика России за последние восемь лет претерпела принципиальное изменение. Поворот произошел в 2003-2005 годах, и суть его в том, что внешняя политика из ресурса и условия внутренней модернизации превратилась в средство изменения мироустройства.

Российское руководство удержались от участия в конфликтах и в рискованных операциях – в частности, в Афганистане. Политические отношения с Соединенными Штатами и Евросоюзом,  несмотря на появление на обоих направлениях тревожных тенденций,  сохраняют в целом цивилизованный характер.  Экономические связи с развитыми странами быстро развиваются.  

К успехам относятся окончательная фиксация российско-китайской границы и углубление дружественных отнтошений с Китаем; развитие отношений с мусульманским миром - особенно на фоне проведения контртеррористической операции в Чечне; продвижение  «Газпрома» на севере и юге Европы;  рационализация отношений со странами СНГ;  рутинизация отношений с НАТО;  существенный прорыв в области паблик рилейшнз – «феномен Путина» (проведение в России саммита  «Восьмерки», международных встреч,  посвященных празднованию 60-летия Победы, 300-летия С.-Петербурга,  получение права на проведение Зимней Олимпиады-2014 и АТЭС-2012).

Многие из этих успехов дались с трудом,   за них была заплачена непомерная цена.  Газовый конфликт 2005-2006  гг.  с Украиной демонстрирует,  что исключительная сосредоточенность на чисто экономических интересах не позволила учесть важные политические и психологические аспекты ситуации.  В результате российские действия добавили веских аргументов тем,  кто рассматривает энергетическую безопасность Европы как безопасность от России. 

С Украиной связана и крайне неудачная стратегия на президентских выборах 2004 г. на Украине. Другие неудачи связаны с организацией кампаний против политики Грузии. Осенью 2006 г., когда вместо властей пострадали рядовые граждане Грузии и РФ, а также с эксцессами во время кампании против посольства Эстонии в Москве в начале 2007  г.  Во всех этих случаях у России в руках имелись эффективные инструменты влияния на соседние страны и убедительные аргументы для международного сообщества.  Но вместо этого были использованы инструменты грубые и недейственные. 

Крайне серьезные имиджевые потери Россия понесла в результате просчетов спецслужб и правоохранительных органов – в ходе «раскрутки» средствами массовой информации дел об убийствах Яндарбиева и Литвиненко,  в результате неудачи с экстрадицией Березовского и Закаева из Великобритании.  Хуже всего,  если из этой ситуации будет сделан вывод,  что усиливающаяся критика политики РФ в западных СМИ – неизбежный и даже естественный  «ответ»  на укрепление международных позиций России.  Принцип,  согласно которому «если враг тебя ругает, значит, ты поступаешь верно», принадлежит другой эпохе и другому режиму,  отвергнутому в конце концов,  российским народом. 

Внутри страны внешняя политика российского руководства чрезвычайно популярна и практически не подвергается критическому анализу.  Между тем,  все отнюдь не так хорошо.

Главная проблема –  в отсутствии у руководства страны общестратегического видения развития ситуации.  Много оптимистических разговоров о пришествии многополярного мира,  но что это может быть за мир и что он может означать для России,  остается за скобками рассуждений.  Не ясно,  является ли сдерживание США официальным курсом государства или же пожеланием тех или иных кругов,  не подкрепленным ресурсами. 

Провозглашен лозунг российского интеллектуального лидерства в мире ХХI века, но не понятно, что это значит и как такого лидерства достичь.  Нет стратегии и на важнейших направлениях.  Полтора десятилетия из года в год провозглашается приоритетность СНГ, но до сих пор не ясно,  что именно Российская Федерация хотела бы получить на пространстве бывшего Союза,  во что она готова вложиться и какими ресурсами. 

Европейский выбор,  провозглашенный в период первого президентства Владимира Путина,  повис в воздухе.  Например,  четыре общих пространства,  совместно согласованные в 2005  г., - это дорожная карта российской внешней политики (с неизбежными последствиями для внутреннего развития)  или нет?  Это – работающий Национальный проект в области внешней политики или пиаровский ход?  Куда и насколько далеко собирается идти Россия в отношениях с Евросоюзом? Это не вопрос для переговоров с Брюсселем,  а вопрос для тех,  кто определяет российскую внешнюю политику. 

Рассмотрим стратегическое партнерство с Китаем.  Как выстроить равновесные отношения между двумя все более не равными партнерами? Российский дискомфорт в отношениях с США порожден разностью потенциалов.  Но Китай,  который в последние два столетия явно уступал России по мощи и динамике развития, а какое-то время был даже сателлитом Москвы, уже давно сравнялся с Россией по силе, а с тех пор уходит в отрыв. О Китае сейчас в России принято говорить либо хорошо,  либо ничего.  Публичная сдержанность понятна.  Не ясно,  однако,  идет ли работа по осмыслению нового состояния и перспектив развития отношений с гигантом на востоке.  Можно и нужно проявлять сдержанность в открытом дискурсе.

Отношения с Соединенными Штатами Америки явно скользят вниз. Это вроде бы никого уже не волнует: от Вашингтона в Москве, кажется,  устали.  Российско-американские отношения заслуживают отдельного разговора.  В данном случае я хочу подчеркнуть не сложность отношений с Америкой, а неопределенность отношения к Америке. 

В заявлениях официальных российских лиц - фантастическая противоречивость позиций.  С одной стороны,  поставлена задача вхождения в газораспределительные сети Европы, а с другой стороны,  раздаются угрозы перенацелить российские ядерные ракеты на те же самые страны. НАТО для России – партнер или вероятный противник?