Проблема определения и периодизация развития литературных языков

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 22 Апреля 2014 в 14:42, дипломная работа

Краткое описание

Лишенный естественной основы в родной речи населения, такой общий язык может держаться лишь до поры до времени. Искусственный язык чужеземного происхождения сменяется родным общим языком». Как известно, «пора-время» функционирования чужих языков в качестве литературных языков в основном строго ограничена периодами, предшествующими развитию наций и национальных литературных языков.
Также недостаточно определенно раскрыта в историческом аспекте проблема общенародности «устного общего» и литературного языка. Об этом говорится так: «Устный общий язык может выработаться лишь при наличии особенных условий. Обычно устный язык существует лишь в виде территориальных диалектов. В них и находит воплощение общенародный язык; то общее в лексике и грамматическом строе, что объединяет живые диалекты, и есть реальность общенародного языка».

Содержание

ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………

ГЛАВА 1 ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЛИТЕРАТУРНЫХ ЯЗЫКОВ

Понятие литературного языка…………………………

Литературный язык и диалекты………………………

Литературный язык и жаргоны……………………….

ГЛАВА 2 ПЕРИОДИЗАЦИЯ РАЗВИТИЯ РУССКОГО, НЕМЕЦКОГО, АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКОВ

2.1 Периоды развития русского литературного языка………….

2.2 Периоды развития немецкого литературного языка………..

2.3 Периоды развития английского литературного языка………..

ЗАКЛЮЧЕНИЕ……………………………………………………….


СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ…………

Прикрепленные файлы: 1 файл

Дипломная работа.docx

— 153.17 Кб (Скачать документ)

Только в национальный период литературный язык полностью реализует те потенции, которые заложены в нем еще в донациональную эпоху — многовалентность и стилевое разнообразие, отбор и относительную регламентацию, наддиалектный характер: многовалентность развивается в использование языка во всех сферах общения, стилевая система включает отныне и разговорно-литературный стиль, отбор и относительная регламентация развились в кодифицированную систему норм с ограниченным и тоже нормированным диапазоном варьирования, наддиалектная специфика приняла форму общеобязательности единой территориально не связанной нормы . Тем самым национальный литературный язык является наиболее разбитым типом литературного языка.

Подобная характеристика национального литературного языка дается на основе его типовых признаков, но в конкретных исторических условиях обнаруживаются значительные расхождения в статусе национальных литературных языков, обусловленные рядом факторов как экстралингвистических (условия, в которых осуществляется оформление национального единства, политическая и экономическая централизация, уровень развития всей культуры народа, особенно художественной литературы), так и собственно лингвистических . Ниже рассматриваются некоторые варианты процесса становления единого национального литературного языка и связанные с этим разновидности статуса литературного языка в системе форм существования национального языка.

Литературный язык - общий язык письменности того или иного народа, а иногда нескольких народов - язык официально-деловых документов, школьного обучения, письменно-бытового общения, науки, публицистики, художественной литературы, всех проявлений культуры, выражающихся в словесной форме, чаще письменной, но иногда и в устной. Вот почему различаются письменно-книжная и устно-разговорная формы литературного языка, возникновение, соотношение и взаимодействие которых подчинены определенным историческим закономерностям. Трудно указать другое языковое явление, которое понималось бы столь различно, как литературный язык. Одни убеждены в том, что литературный язык есть тот же общенародный язык, только "отшлифованный" мастерами языка, т.е. писателями, художниками слова; сторонники такого взгляда прежде всего имеют в виду литературный язык нового времени и притом у народов с богатой художественной литературой. Другие считают, что литературный язык есть язык письменности, язык книжный, противостоящий живой речи, языку разговорному. Опорой такого понимания являются литературные языки с давней письменностью ( "новописьменные языки"). Третьи полагают, что литературный язык есть язык, общезначимый для данного народа, в отличие от диалекта и жаргона, не обладающими признаками такой общезначимости. Сторонники такого взгляда иногда утверждают, что литературный язык может существовать и в дописьменный период как язык народного словесно-поэтического творчества или обычного права. Наличие разных пониманий явления, обозначаемого термином "литературный язык", свидетельствует о недостаточном раскрытии наукой специфики этого явления, его места в общей системе языка, его функции, его общественной роли. Между тем при всех различиях в понимании этого явления литературный язык есть не подлежащая никакому сомнению языковая реальность. Литературный язык является средством развития общественной жизни, материального и духовного прогресса данного народа, орудием социальной борьбы, а также средством воспитания народных масс и приобщения их к достижениям национальной культуры, науки и техники. Литературный язык - всегда результат коллективной творческой деятельности. Изучение литературного языка, как бы его ни понимать, влечет за собой изучение таких явлений, как "диалекты", "жаргоны", с одной стороны, "разговорный язык", "письменный язык" - с другой, языковой, речевой и литературный "стиль" - с третьей. Исследование литературного языка тесно связано и с изучением литературы, истории языка, истории культуры данного народа. При некоторой исторической неопределенности понимания существа литературного языка он является одним из самх действенных орудий просвещения и соприкасается с задачами образования, школы. Все это свидетельствует о первостепенном научном и практическом значении проблемы литературного языка. Те общие закономерности и тенденции развития разных национальных литературных языков, которые были определены в русской дореволюционной науке, с не очень точным прикреплением их к разным этапам истории языка и народа, свидетельствовали лишь об одном, что в средние века и в новое время литературные языки развивались по-разному (ср., например, роль латинского языка в литературно-письменной раннесредневековой культуре романских и германских народов; литературные функции французского языка в Англии до начала XIV в.; славяно-сербский язык у сербов XVIII - начала XIX в. и народную реформу Вука Караджича; взаимодействие польского, чешского языков и латыни в XVI в.; постепенный упадок польского литературного языка с середины XVII в. до середины XVIII в. и эпоху национального возрождения польского литературного языка со второй половины XVIII в. и т.д.). Однако ни социально-исторические основы, ни точные границы периодизации, ни ясные формулировки закономерностей этого языкового процесса до 30-40-х гг. XX в., когда советская наука о литературном языке освоила марксистскую теорию развития разных общественных явлений, не были найдены и определены. Болгарский академик Влад. Георгиев считает, что периодизация истории языка должна опираться не только на экстралингвистические факторы, но и на внутренние законы языкового развития. Едва ли можно из истории литературного языка исключить своеобразие социально-исторических и культурно-общественных условий развития тех или иных народов. В сб. "Вопросы советской науки". Проблема образования и развития литературных языков" (М., 1957) в кратком обобщенном виде были изложены достижения советской науки в этом направлении. Был выдвинут тезис не только о необходимости исторического подхода к проблеме литературного языка и закономерностей его развития, но и об обязательности усиленного внимания к истории литературного языка самой давней письменной традиции. В ряду языков с очень давней письменной традицией на первое место должны быть поставлены языки тех народов, история которых - причем именно как народов культурных - начинается с глубокой древности и непрерывно тянется до наших дней. Непрерывно развивающейся до нашего времени литературной историей обладают языки некоторых народов Индии и язык китайского народа; длительную историю имеют греческий, персидский, армянский, грузинский языки. Далее следуют языки народов, историческая жизнь которых началась со вступлением культурного человечества в полосу, именуемую "средними веками": языки романских, германских, славянских, тюркских, монгольских народов; языки тибетский, аннамский, японский. В истории каждого из этих литературных языков есть свое историческое своеобразие, особенно в процессе перехода от "старого" языка к "новому", в социальной борьбе вокруг литературного языка при выдвижении нового и отставании старого. Среди общих закономерностей развития литературных языков народов Запада и Востока отмечается важная закономерность, характерная для эпохи феодализма, предшествующей образованию национально-литературных языков, - это употребление в качестве письменного литературного языка не своего, а чужого языка. В эту эпоху границы литературного языка и народности не совпадают. Литературным языком у иранских и тюркских народов долгое время считался классический арабский язык; у японцев и корейцев - класический китайский; у германских и западнославянских народов - латинский; у южных и восточных славян - язык старославянский (древнеболгарский), в Прибалтике и Чехии - немецкий. Письменно-литературный язык мог быть при этом языком совершенно иной системы (китайский для корейцев и японцев), мог быть языком той же системы (латинский язык для германских народов), мог быть, наконец, не только языком той же системы, но и языком чрезвычайно близким, родственным (латинский для романских народов, старославянский для южных и восточных славян). Вторая закономерность, вытекающая из первой, - это различия, связанные с историческим своеобразием использования в отдельных странах (например, славянских) чужого языка (например, применительно к западнославянским народам: к польскому - латинского, к чешскому - латинского и немецкого, к южнославянским и восточнославянским народам - старославянского языка, хотя бы и родственного), и различия в общественных функциях, сферах применения и степени народности письменных литературных языков. В конкретно-историческом воплощении этой закономерности наблюдается значительное своеобразие, обусловленное культурно-историческими и социально-политическими условиями развития отдельных славянских народов (например, чешского в раннем и позднем средневековье). Третья закономерность развития литературных языков, определяющая различие их качеств и свойств в донациональную и национальную эпохи, состоит в характере отношения и соотношения литературного языка и народно-разговорных диалектов, а в связи с этим - в структуре и степени нормализации литературного языка. Так, письменная речь в древнейшие эпохи у европейских народов в разной степени насыщена диалектизмами. Сравнительное изучение деловых текстов с произведениями художественной литературы поможет распознать и сочетать отдельные диалектные черты, которые легли в основу литературных норм. Четвертая закономерность связана с процессами нормализации общелитературного языка, базирующегося на народной основе, и с отношением его к старой литературно-языковой традиции. К концу феодального периода (в одних государствах с XIV - XV вв., в других с XVI - XVII вв.) народный язык в разных европейских странах в той или иной степени вытесняет чужие языки из многих функциональных сфер общения. Так, королевская канцелярия в Париже пользуется французским языком в отдельных документах уже во втроой половине XIII в., но окончательный переход на французский язык совершается здесь на протяжении XIV в. Латинский язык в конце XVI - начале XVII в. постепенно теряет в Польше функции делового и административного языка. Единство национальных литературных норм складывается в эпоху формирования и развития нации чаще всего сначала в письменной разновидности литературного языка, но иногда параллельно и в разговорной, и в письменной его форме. Характерно, что в Русском государстве XVI - XVII вв. идет усиленная работа по упорядочению и канонизации норм государственного делового приказного языка параллельно с формированием единых норм общего разговорного московского языка. Тот же процесс наблюдается и в других славянских языках. Для болгарского и сербского языков этот синтетический процесс менее характерен, так как в Болгарии и Сербии не было благоприятных условий для развития на народной основе своего делового государственного и канцелярского языка. Примером славянских национальных литературных языков, сохранивших связь с древним (письменным) литературным языком, могут служить прежде всего русский, затем польский и в известной мере чешский. Национальные языки, ставшие на путь разрыва (в разной степени решительного) со старой письменно-литературной традицией, - это сербо-хорватский, отчасти украинский. Наконец, есть славянские языки, развитие которых в качестве литературных языков было прервано, и потому возникновение соответствующих национальных литературных языков (более позднее, чем у древнеславянских народов) привело также к разрыву со старописьменной (или более поздней) традицией, - это белорусский, македонский. С историей литературного языка средневековья неразрывно связан вопрос о специфических для данного народа условиях и исторических закономерностях образования национального литературного языка. Одной из спорных проблем является проблема исторических законов постепенного формирования и закрепления элементов национальных литературных языков в эпоху существования и развития народностей. Высказывались различные взгляды на самый характер и способ создания системы национального языка. Одни языковеды и историки подчеркивали, что базой образования национального литературного языка является постепенное складывание общенародного разговорного языка; другие, наоборот, утверждают, что национальный язык прежде всего определяется и кристаллируется в сфере письменного языка; третьи доказывают внутреннюю связь и структурную согласованность объединенных процессов в сфере письменно-литературных и народно-разговорных языков. Пятая закономерность развития литературных языков в разные периоды их истории - это сложные стилистические взаимоотношения между разными системами выражения при становлении общенациональной нормы литературного языка. Например, сложная проблема теории трех стилей во французском языке XVI - XVII вв. и в русском литературном языке XVIII - начала XIX в. Та же в основном проблематика возникает по отношению к болгарскому и отчасти сербскому литературному языку XIX в., по отношению к старочешскому книжному и разговорному языку в истории чешского языка начала XIX в. Разумеется, этими общими историческими закономерностями не исчерпываются различия в характеристических и типологических свойствах разных периодов разыития литературных языков Запада (в том числе и славянских) и Востока. "Очень мало изучена история изменений стилей языка. Нет последовательной разносторонней характеристики стилей литературного языка в разные эпохи, не вскрыты основные тенденции и закономерности процессов формирования и преобразования этих стилей. Очень сложен и запутан вопрос о соотношении литературных жанров и стилей языка" (сб. "Вопросы советской науки...", 1957, вып. 15, стр. 16). Между тем многие лингвисты считают развитие и осложнение системы стилей одним из основных признаков исторического движения и периодизации литературных языков. Многочисленные исследования советских ученых посвящены общетеоретическим и конкретно-историческим вопросам образования разных национальных литературных языков: специфике функций языка нации по сравнению с языком народности, точному содержанию самого понятия "национальный язык" в его соотнесении с такими категориями, как "литературный язык", "литературная норма", "общенациональная норма", "территориальный диалект", "культурный диалект", "интердиалект", разговорно-литературная форма национального языка и т.п. Для определения различий в закономерностях формирования и развития национальных литературных языков привлекались языки с разнотипными традициями, находящиеся на разных ступенях развития, оформившиеся в разных исторических условиях. Очень мало материала извлекалось из истории славянских литературных языков. Между тем выяснилось, что литературный язык в разные периоды развития языка народа занимает в его системе разное место. В ранние периоды образования буржуазных наций литературным языком владеют ограниченные социальные группировки, основная же масса сельского, а также городского населения использует диалект, полудиалект и городское просторечие; тем самым национальный язык, если считать его ядром литературного языка, оказался бы принадлежностью лишь части нации. Только в эпоху существования развитых национальных языков, особенно в социалистическом обществе, литературный язык как высший нормированный тип общенародного языка постепенно вытесняет диалекты и интердиалекты и становится как в устном, так и в письменном общении выразителем подлинной общенациональной нормы. Основным признаком развития национального языка, в отличие от языка народности, является наличие единого, общего для всей нации и охватывающего все сферы общения нормированного литературного языка, сложившегося на народной основе; поэтому изучение процесса укрепления и развития общенациональной литературной нормы становится одной из главных задач истории национального литературного языка. Средневековый литературный язык и новый литературный язык, связанный с формированием нации, различны по своему отношению к народной речи, по диапазону своего действия и, следовательно, по степени общественного значения, а также по согласованности и сплоченности своей нормативной системы и по характеру ее стилистического варьирования. Наблюдения над диалектной базой или диалектными процессами образования некоторых языков, например французского, испанского, голландского, а из славянских - русского, польского и отчасти болгарского языков, приводит к установлению таких закономерностей: "... В становлении литературной нормы данного языка могут участвовать не только тот диалект или те диалекты, из которых она в процессе их интеграции непосредственно вырастает, но косвенно, через традицию литературного языка более раннего периода, и другие диалекты, входящие в состав данного национального языка. К этому сложному процессу в целом, при учете всего его конкретного своеобразия, как нельзя более применимо понятие концентрации диалектов, в результате которой и формируется единая литературная норма национального языка в ее письменной и устной формах, подчиняющая себе все многообразие территориальных диалектов" (С.А. Миронов. Диалектная основа литературной нормы нидерландского национального языка, в сб. "Вопросы формирования и развития национальных языков", 1960, стр. 64). Становление норм разговорной формы национального литературного языка - сложный и длительный процесс. Позднее всего устанавливаются орфоэпические произносительные нормы. Нормы общей национальной разговорно-литературной речи складываются в связи (и обычно в тесном взаимодействии) с нормами литературно-письменного национального языка. Тенденция к их внутреннему единству при наличии существенных структурных различий - одна из важных закономерностей развития национальных литературных языков, резко отличающая их от круга соотносительных языковых явлений донациональной эпохи. В некоторых социально-исторических условиях этот процесс формирования разговорного литературного языка бывает осложнен дополнительными факторами, например разговорный чешский литературный язык в течение XVII и XVIII вв. был почти совершенно вытеснен из обиходной речи образованных слоев населения немецким языком (разговорная чешская речь жила лишь в диалектных разновидностях в деревне). Только в последние десятилетия XVIII в. чешский литературный язык начинает возрождаться и притом только как письменный язык с рядом архаических для того времени и чуждых бытовой речи народа явлений. Это противоречие между официальной нормой литературного языка и чувством живого языка тормозило образование разговорной формы национального литературного языка. В устном общении и среди интеллигенции часто употреблялись интердиалекты (особенно региональная форма нелитературного языка в области Чехии - obecna cestina) и остатки старых диалектов или смешанная речь, в которой сталкивались литературные и нелитературные элементы. Лишь за последнее столетие в основном образовался новый разговорный чешский литературный язык. Если средневековый литературный язык использовался сравнительно ограниченными общественными слоями и только в письменной разновидности, то национальный литературный язык приобретает значение, приближающееся к всенародному, и применяется как в письменном, так и в устном общении. В истории литературного языка особенно резко выступает различие двух аспектов развития языка - функционального и структурного. Функции литературного языка в донациональную эпоху могут быть распределены между двумя и даже больше языками (ср., например, старославянский и народные языки у восточных и южных славян, латинский язык у германских и западнославянских народов и другие подобные явления, у тюркских народов с арабским языком и т.д.). Самый характер распределения функций обусловлен социально-историческими причинами. Характерны в этом отношении различия между старославянским и латинским языками в степени охвата разных сфер функционально-общественной речевой деятельности (например, в сфере права и юрисдикции). Принцип "поливалентности" как один из признаков литературного языка исторически обусловлен. Его содержание и границы определяются билингвизмом (двуязычием) донациональной эпохи и непрерывностью развития у какого-либо народа своей собственной народно-языковой литературной традиции. Закономерности структурного развития разных типов письменно-книжных языков различны в донациональную эпоху. "Чужой язык" (например, старославянский у славянских народов и у румын, латинский в западнославянских и германских странах) в качестве литературного языка в большей степени подчинен внешним факторам, чем внутренним законам своего развития. Одни и те же памятники церковнославянской письменности и книжно-славянского языка, например в истории древнерусской литературы, переписываются - с некоторыми грамматическими и лексическими изменениями - с XIII до XVII в. и сохраняют свою актуальность. Очень интересны вопросы билингвизма в его разных конкретно-исторических формах, важные для изучения развития литературного языка в период позднего средневековья (см. наблюдения К. Баквиса в работе: Backvis C. Quelques remarques sur le bilinguisme latino-polonais dans la Pologne du seizieme siecle, 1958). В процессе формирования отдельных национальных родственных литературных языков рельефно выступает своеобразный принцип или закон "взаимопомощи". Например, известна роль русского языка в образовании болгарского национального литературного языка, роль украинского, польского и русского языка в формировании белорусского языка, роль чешского в становлении польского национального литературного языка. При этом результаты влияния русского, украинского и польского языков ничуть не ослабили национальную специфику белорусского литературного языка, наоборот в процессе контактов с этими языками активизировались его внутренние ресурсы и более осознанно определились национальные нормы мышления. В период развития национальных славянских литературных языков существенно изменяется роль отдельных языков как источника их влияния на другие. Можно считать, что литературный язык никогда не совпадает со своей диалектной основой, даже если этот диалектный источник литературного формирования является главным или претендует на основную роль. Литературный язык всегда в идеале рассчитан на общее или общенародное употребление. Отсюда развивавется принцип генерализации форм и категорий, даже если их истоки - местные, локальные. В развитии народных языков наблюдаются некоторые общие закономерности в преднациональную эпоху в движении от интердиалектных форм (обычно устных) до национального литературного языка нового времени. Образуются так наз. культурные диалекты, которые ложатся в основу литературно-письменной традиции и оказывают большое влияние на формирование и развитие национального литературного языка. Язык, положенный Вуком Караджичем в основу сербского литературного языка, - не столько, как принято считать, герцеговинский диалект, сколько обработанное им поэтическое койне сербских народных песен. По своей социальной природе койне было в основном городским, связанным с каким-либо крупным торговым центром (или рядом центров), его роль возрастала с ростом государственности, городов и торговли, была особенно значительна в начальный период формирования славянских национальных литературных языков, в период их зарождения и затем постепенно ослабевала, сходя почти на нет. В основе национального языка обыкновенно лежит смешанный по своему происхождению диалект (вернее, концентрат или синтез диалектов) главного экономического, политического и культурного центра (ядра) национального государства - язык Лондона, Парижа, Мадрида, Москвы и т.п. Между диалектами и формирующимся национальным литературным языком - сложная цепь взаимоотношений. Возможны переходные ступени и интердиалекты, полудиалекты, разговорное междиалектное койне. Одной из специфических особенностей развития литературных языков в национальную эпоху являются своеобразные, разнотипные в социально-исторических условиях разных стран процессы формирования общенациональной разговорной формы литературной речи. В донациональную эпоху общественно-разговорная речь нормируется слабо или вовсе не нормируется. В это время наблюдается больше всего процесс вытеснения одних диалектно-речевых систем другими, процесс создания так называемых интердиалектов. Разговорная речи донациональной эпохи, даже если она не носит узко диалектного характера (например, в Германии, Польше, отчасти в Чехии и Словакии), не может быть названа литературной. Основными признаками национального литературного языка являются его тенденция к всенародности или общенародности и нормативность. Понятие нормы - центральное в определении национального литературного языка (как в его письменной, так и в разговорной форме). По этому признаку литературно-разговорная форма национального языка нового времени резко отличается от разговорного койне преднационального периода. На основе объединения диалектов, интердиалектов разговорного койне под регулирующим влиянием национального письменного литературного языка формируется общая разговорно-литературная форма национальной речи (ср. развитие национальных литературных языков стран арабского Востока). Необходимо также учитывать социально-политические условия развития самой нации. Так, украинский литературный язык второй половины XIX - начала XX в. не был единым на всей территории расселения украинской нации, расчлененной между Россией и Австро-Венгрией: в основе языка восточноукраинских и западноукраинских писателей лежали различные диалектные базы и различные языковые и литературные традиции. Отсюда - отсутствие единых общеобязательных норм украинского национального литературного языка в эту эпоху. Так называемая поливалентность национального литературного языка, т.е. степень охвата им разных областей общественно-речевой практики, во многом зависит от специфики социально-исторических условий его развития. Так, украинский национальный литературный язык сначала развивается и закрепляется преимущественно в художественной литературе (творчество И. Котляревского, Г. Квитки-Основьяненко, П.П. Гулака-Артемовского, Е. Гребенки, ранние произведения Т. Шевченко), потом распространяется на жанры публицистической и научной прозы и лишь впоследствии - на разновидности прозы официально-документальной и производственно-технической. Близкие процессы наблюдаются в истории образования белорусского национального литературного языка. Вопрос о роли художественной литературы и связанной с ней языковой традиции при формировании национального литературного языка очень сложен и, несмотря на наличие общих тенденций, обнаруживает своеобразные индивидуально-исторические формы решения и воплощения в истории отдельных литературных языков. Нередко литература на языке данной нации возникает лишь после создания национального литературного языка. В истории славянских литературных языков так обстоит дело с македонским, словацким, отчасти с сербским языками, когда Вук Караджич провозгласил литературным языком язык фольклора и собрал для этой цели целый корпус народных песен и сказок. Однако при формировании единого сербо-хорватского языка значительную роль сыграло (особенно для хорватов) наследие богатой дубровницкой литературы, пользовавшейся в основном в более поздний период штокавским диалектом. К языку Яна Гуса и Кралицкой библии обращались создатели чешского национального литературного языка. Язык произведений М. Рея (1505 - 1569) и Я. Кохановского (1530 - 1584) был во многом образцом при нормировании польского литературного языка XIX в. Только по отношению к национальному литературному языку может быть выдвинут тезис об организующей и формирующей роли отдельных индивидуальностей (например, А.С. Пушкин в истории русского национального литературного языка, Вук Караджич - сербского языка, Христо Ботев - болгарского языка, А. Мицкевич - польского и т.д.). Английский лингвист Р. Оти в своих историко-славистических работах доказывает, что в сфере литературного языка изменения могут быть результатом деятельности отдельных лиц или учреждений (грамматистов, писателей, академий, даже политических деятелей), однако решающую роль и здесь играет общество в целом. A priori можно предположить, что индивидуальное влияние было доминирующим в формировании многочисленных литературных языков, которые появились в течение последних двух столетий. систематическое исследование таких языков, однако, только начинается. Вопрос о соотношении и взаимодействии стилей литературного языка и языка художественной литературы, особенно в новый период, еще не получил всестороннего разрешения. Роль художественной литературы в развитии общей литературной речи по отношению к литературному языку Запада и Востока в XVIII - XX вв. считается особенно значительной. Так, в науке о русском литературном языке и русской литературе в советскую эпоху был выдвинут вопрос о соотношении и взаимодействии систем литературного языка с присущими ему стилями и языка художественной литературы со специфическими формами ее стилей - жанровых и индивидуальных - в эпоху формирования национального языка и литературы с конца XVII в. и особенно со второй половины XVIII в. Различие в степени индивидуализации стилей художественной литературы и, соответственно, объема и характера индивидуального речетворчества в рамках поэтической традиции разных эпох определяют до некоторой степени выбор и оценку словесно-художественных памятников как источников истории литературного языка. Особое и своеобразное место в ряду проблем и задач изучения развития национальных литературных языков занимает вопрос о наличии или отсутствии локальных (областных) литературных языков (например, в истории Германии или Италии). Восточнославянские современные национальные литературные языки так же, как и западнославянские (в принципе), не знают этого явления. Болгарские, македонские и словенские языки также не пользуются своими литературно-областными разновидностями. Но сербо-хорватский язык разделяет свои функции с областными чакавским и кайкавским литературными языками. Специфика этого явления заключается в том, что "областные" литературные языки функционируют только в сфере художественной литературы и то преимущественно в поэзии. Многие поэты "двуязычны", они пишут на общелитературном - штокавском, и на одном из "областных" - кайкавском или чакавском (М. Крлежа, Т. Уевич, М. Франичевич, В. Назор и др.). Для национального литературного языка и его развития типична тенденция к функционированию в разных сферах народно-культурной и государственной жизни - как в устном, так и в письменном общении - в качестве единого и единственного. Эта тенденция с не меньшей силой и остротой дает себя знать в формировании и функционировании языков социалистических наций, где процессы языкового развития протекают очень стремительно. Обычно разрыв между письменно-книжной и народно-разговорной разновидностями литературного языка выступает как препятствие к развитию единой национальной культуры на пути прогресса народа в целом (ср. современное положение в странах арабского востока, Латинской Америки). Тем не менее в некоторых странах формирование и развитие национального литературного языка еще не освободило народ от двух его вариантов (например, в Норвегии, Албании, Армении), хотя и здесь тенденция к единству национальных литературных языков все усиливается. Общей чертой развития национальных языков является проникновение литературной нормы во все сферы и формы общения, речевой практики. Национальный литературный язык, все более вытесняя диалекты и ассимилируя их, постепенно приобретает общенародное значение и распространение.

1.2 ЛИТЕРАТУРНЫЙ  ЯЗЫК И ДИАЛЕКТЫ

 

Понятие «национальный русский язык» включает в себя, с одной стороны, нормированный литературный язык и, с другой, - стоящие за пределами литературной нормы территориальные и социальные диалекты, а также просторечие. Поэтому в нём наряду с господствующей литературной «основой» есть «вкрапления» в виде диалектизмов ( в[о]да, кочет, баской, беруть , погода (непогода), ср.лит. в[а]да, петух, красивый, ненастье), жаргонизмов (баксы – доллары, шнурки – родители, тусовка – сборище, гулянка, уличные посиделки молодёжи, драка и др., крутой – модный, деловой, наглый и др.), просторечных слов и форм ( километр , положить , колидор , страм , тубаретка , много делов , ехай и т.п.).

Любой социальный диалект имеет узкую сферу распространения (используется лишь в пределах определённой социальной группы или прослойки), ограничен территориально и, более того, ограничен временем своего существования. Социальные диалекты – явление объективное и древнее. Язык знати всегда отличался от языка простолюдинов, язык духовенства – от языка мирян, язык мастеровых – от языка торговых людей . Практически каждый из нас является членом конкретной семьи, был школьником, имеет свой круг общения, входит в определённую социальную группу или группу по интересам, овладел или овладевает какой либо профессией, - а всё это так или иначе связано с приобщением или по крайней мере знакомством с тем или иным социальным диалектом.

Специфика литературного языка, как уже отмечалось выше, наиболее ясно проявляется в противопоставлении другим формам существования языка. Если представить себе эти формы как многочленный ряд сосуществующих компонентов, то крайние позиции, несмотря на многообразие конкретных ситуаций, занимают литературный язык и территориальный диалект. Противопоставленность этих двух форм обусловлена всей системой их различительных признаков, из которых одни являются ведущими и безусловными, другие могут в определенных условиях, как это будет отмечено ниже, нейтрализоваться.

I. Диалект - территориально  ограниченная форма существования  языка.

В феодальную эпоху его границы соотнесены с границами феодальных территорий. Но и в других исторических условиях территориальная ограниченность и связанность диалекта сохраняет силу, причем она выявляется наиболее полно в оппозиции литературному языку. Бесспорно, современные арабские диалекты являются прежде всего разговорным языком населения каждой арабской страны, но на них в последние десятилетия начинает создаваться значительная литература. Таким образом, они представляют собой иные и значительно более сложные языковые образования, чем диалекты средневековой Европы, однако территориальная ограниченность и связанность современных арабских диалектов выступает, наряду с другими их особенностями, в противопоставленности арабскому литературному языку, единому и общему во всех арабских странах. Эта специфика диалекта сохраняется повсеместно также в эпоху формирования и развития национальных языков, хотя система строевых признаков диалекта может размываться под влиянием литературного языка, особенно там, где литературный язык обладает достаточным единством и регламентацией.

Литературный язык в противоположность диалекту не характеризуется столь интенсивной территориальной ограниченностью и связанностью. Любой литературный язык имеет более или менее определенный наддиалектный характер. Это относится даже к эпохе столь интенсивного дробления, как эпоха феодализма. Так, во Франции XI-XII вв. в западных англо-нормано-анжуйских владениях формируется письменно-литературный язык в таких литературных образцах, как Песнь о Роланде, Паломничество Карла Великого, произведения Марии Французской. Хотя некоторая областная окраска отражается в фонетике и морфологии этих памятников, ни один из них нельзя признать принадлежащим какому-либо отдельному диалекту западной группы: нормандскому, франсийскому или какому-либо диалекту северо-западной или юго-западной подгруппы [23, 39]. Поэтому оказывается возможным лишь в самой общей форме приурочить локальные особенности в языке этих памятников к разным диалектным группам того времени [23, 34].

Аналогичное явление наблюдается в большей или меньшей степени и в других литературных языках донационального периода, точнее - до периода выработки единой литературной нормы или общенационального языкового стандарта. Так, в Германии, где феодальная раздробленность была особенно значительной и устойчивой и литературный язык выступал в нескольких областных вариантах, обладавших различиями не только в фонетико-графической системе, но и в лексическом составе, а отчасти и в морфологии, уже в памятниках литературного языка XII-XIII вв., как поэтических, так и прозаических, нет непосредственного отражения диалектной системы той области, к которой относится тот или иной памятник: прослеживается сознательный отбор, исключение узко-диалектных особенностей. В условиях существования письменной фиксации и (хотя ограниченных) торговых и культурных связей между отдельными территориями в Германии начиная с XIII - XIV вв. происходило интенсивное взаимодействие между сложившимися областными вариантами литературного языка. Даже Север страны, наиболее обособленный в языковом отношении, не оставался изолированным. Показательным в этой связи является проникновение южных форм и южной лексики, нередко вытеснявших местные формы из литературного  языка Средней Германии как на Западе в районе Кельна   (ср. вытеснение локального -ng- под влиянием более общего -nd- в словах типа fingen ~ finden), Майнца (ср. также вытеснение средненемецких местоименных форм her 'он', him 'ему' южными er, im), Франкфурта-на-Майне, так и на Востоке, в Тюрингии и Саксонии (ср. ту же систему местоимений). Любопытным следствием этих процессов являлись многочисленные региональные дублеты в языке одного и того же памятника; в средненемецких памятниках XIV в. местные biben 'дрожать', erdbibunge 'землетрясение', burnen 'гореть', heubt 'голова', уживались рядом с более южными pidmen, ertpidmen, brennen. Сознательное подражание определенному варианту литературного языка прослеживается уже в XIII в., когда большинство авторов стремились писать на языке, близком к закономерностям юго-западного варианта, поскольку юго-запад был тогда центром политической и культурной жизни Германии [15, 255-259].

Наддиалектный характер литературного языка эпохи феодализма связан и с особенностями системы стилей литературного языка, постепенно складывающейся уже в ту эпоху. Становление стилей философско-религиозной, научной, публицистической литературы способствовало развитию пластов лексики, не существовавших в диалектах и обнаруживающих по преимуществу интердиалектный характер. В ряде стран (западноевропейские страны, славянские страны, многие страны Востока) становление этих специфичных для литературного языка стилей осуществляется под влиянием чужого литературного языка - в славянских Странах под влиянием старославянского литературного языка, в Западной Европе под влиянием латыни, на ближнем Востоке под влиянием арабского языка, в Японии под влиянием китайского языка и т. д. Это иноязычное влияние, в свою очередь, способствует обособлению литературных языков от территориальной связанности и ведет к формированию в их системе наддиалектных черт. Поэтому язык древнерусских памятников, хотя и отражал определенные особенности диалектных областей, характеризовался многообразным смешением русских и старославянских элементов и тем самым не обладал той территориальной ограниченностью, которая характеризует диалект.

Наиболее полно эта черта литературного языка и тем самым наиболее полная его противопоставленность диалекту проявляются в эпоху существования национального единства, когда оформляется единый общеобязательный стандарт. Но возможны и другие случаи, когда еще в донациональную эпоху древний письменный литературный язык настолько отдаляется от процесса развития живых диалектов, что оказывается изолированным от их территориального многообразия, как это было в арабских странах, в Китае и Японии [24], причем опора на архаичную традицию может происходить в разных исторических условиях и в разные периоды истории конкретных литературных языков. Так, средневековый китайский литературный язык VIII - ХII вв. в значительной степени опирался на книжные источники VII - II вв. до нашей эры, что способствовало его обособлению от разговорного языкового стиля [24, 43-44]; в совершенно иных условиях аналогичные закономерности характеризовали развитие чешского языка XVIII в. (см. ниже).

II. Литературный язык противопоставляется  диалекту и по общественным  функциям, которые он осуществляет, а тем самым и по своим  стилевым возможностям.

С момента формирования литературного языка у того или иного народа за диалектом обычно остается сфера бытового общения. Литературный же язык потенциально может функционировать во всех сферах общественной жизни - в художественной литературе, в государственном управлении, в школе и науке, в производстве и быту; на определенном этапе развития общества он становится универсальным средством общения. Процесс этот сложен и многообразен, так как в нем помимо литературного языка и диалекта принимают участие промежуточные формы обиходно-разговорной речи (см. стр. 525-528).

В пределах рассмотрения различительных признаков литературного языка следует подчеркнуть многофункциональность и связанное с ней стилевое разнообразие литературного языка в отличие от диалекта. Бесспорно, эти качества обычно накапливаются литературным языком в процессе его развития, но существенна тенденция данной формы существования языка к многофункциональности, более того - само становление литературного языка происходит в условиях выработки его функционально-стилевого разнообразия.

Функциональная нагрузка литературных языков неодинакова в разных исторических условиях, причем определяющую роль здесь играет уровень развития общества и общей культуры народа. Арабский древний литературный язык оформляется в VII - VIII вв. как язык поэзии, мусульманской религии, науки и школы в результате высокого уровня развития, которого достигла тогда арабская культура. Стилевое многообразие древнегреческого литературного языка неразрывно связано с разными жанрами литературы (эпос, лирическая поэзия, театр), с процветанием науки и философии, с развитием ораторского искусства.

Иная картина наблюдается в Западной Европе. У истоков литературных языков Западной Европы были поэтические и прозаические жанры художественной литературы, народный эпос; в Скандинавии и Ирландии выделяется, наряду со стилем эпической поэзии, прозаический стиль древних саг. К наддиалектному типу языка примыкал и язык древних рунических надписей (V - VIII вв.), так называемое руническое койнэ [25, 19-53]. XII - XIII вв.- период расцвета рыцарской лирики и рыцарского романа - дают высокие образцы провансальского, французского, немецкого, испанского литературных языков. Но эти литературные языки относительно поздно начинают обслуживать науку и образование, отчасти в результате заторможенного развития науки, но главным образом вследствие того, что завоевание литературным языком других сфер общения тормозилось в западно-европейских странах длительным господством латыни в области права, религии, государственного управления, образования и распространенностью в бытовом общении диалекта. Вытеснение латыни и замена ее литературным языком данного народа протекали во многом неодинаково в разных европейских странах.

В Германии с XIII в. немецкий язык проникает не только в дипломатическую переписку, в частно-правовые и государственные грамоты, но и в юриспруденцию. Крупные правовые памятники, Sachsenspiegel и Schwabenspiegel, пользовались огромной популярностью, о чем свидетельствует существование многочисленных рукописных вариантов из разных областей Германии. Почти одновременно немецкий язык начинает завоевывать и сферу государственного управления [4]. Он господствует в имперской канцелярии Карла IV. Но латынь остается языком науки фактически до конца XVII века, она длительно господствует в университетском преподавании: еще в XVII в. чтение лекций на немецком языке встречало ожесточенное сопротивление. Определенному укреплению позиций латыни даже в некоторых литературных жанрах (драма) способствовала в Германии и эпоха Возрождения.

Информация о работе Проблема определения и периодизация развития литературных языков