Демографическая политика в развитых и развивающихся странах

Наиболее яркий пример осуществления демографической  политики являют собой развивающиеся  страны Азии. Там она охватывает подавляющее большинство жителей. В первую очередь это относится к странам с самой большой численностью населения — Китаю, Индии, а также к Индонезии, Пакистану, Бангладеш, Малайзии, Таиланду, Филиппинам. Довольно активную демографическую политику проводят также в странах Латинской Америки, некоторых странах Северной Африки. Однако в остальных частях развивающегося мира, в особенности в мусульманских странах, она пока еще получила незначительное распространение.

Об этом можно судить, в частности, по применению средств контрацепции. Согласно статистике ООН, средний показатель применения контрацептивов для всех развивающихся стран немногим превышает ½ (речь идет о количестве применяющих контрацептивы семей), а для наименее развитых — 1/5. Впереди по этому показателю находится Китай (почти 85%). В Таиланде, Вьетнаме и Шри-Ланке он достигает 65–75%, в Малайзии и Индии — 50–60%, в большинстве стран Латинской Америки — 50–75%. На другом полюсе находятся страны Западной и Центральной Африки и некоторые страны Юго-Западной Азии, где доля таких семей обычно не превышает 10%; в Афганистане она составляет всего 2%, а в Йемене — 7%.

В качестве одной из действенных мер демографической политики многие развивающиеся страны осуществляют законодательное повышение возраста вступления в брак. Например, в Китае он был повышен до 22 лет для мужчин и 20 лет для женщин, в Индии — соответственно до 21 года и 18 лет. В действительности же наблюдается еще большее «старение» брака, которое объясняется тем, что значительная часть молодых людей стремится прежде получить образование, а затем пройти профессиональную подготовку, часто совмещая ее с трудовой деятельностью. Еще 15–20 лет назад средний возраст невест в развивающихся странах составлял 16–18 лет, а к началу XXI в. даже в Африке он стал превосходить 20 лет, в Азии же и особенно в Латинской Америке «постарел» еще больше.

Среди стран Азии, Африки и Латинской Америки есть десятки очень небольших по численности населения, а зачастую просто карликовых государств, демографическая политика в которых (если ее проводят) направлена в первую очередь не на снижение, а на увеличение естественного прироста населения.

В большинстве экономически развитых стран, вступивших в полосу демографического кризиса, осуществляют демографическую политику, преследующую цель повышения коэффициентов рождаемости и естественного прироста. В первую очередь это относится к странам Европы.

Особенно активную демографическую  политику до конца 80-х гг. проводили страны Восточной Европы. К числу основных ее мер относились: единовременные ссуды молодоженам, пособия в связи с рождением каждого ребенка — по прогрессивно возрастающей шкале, ежемесячные пособия на детей, длительные отпуска по беременности и родам, преимущественное право на приобретение квартиры, на устройство детей в детские учреждения. 

В странах Западной Европы система мер демографической политики в общем сходная, хотя, конечно, различается размерами разного рода выплат и других льгот. Например, единовременные пособия при рождении ребенка в ФРГ в начале 90-х гг. составляли 100 марок, в Великобритании — 25 фунтов стерлингов, во Франции — 2600 франков, в Испании — 3000 песет. 

Ежемесячные пособия выплачивали  в ФРГ в размере 50 марок на первого ребенка, 100 марок на второго, 200 марок на третьего и каждого последующего, в Нидерландах от 90 гульденов на первого до 215 гульденов на восьмого ребенка. Во Франции подобные ежемесячные пособия возрастают с 500 франков на двух детей до 3000 франков на шестерых детей, причем их выплачивают до достижения детьми 16 лет. В Швеции отпуск по беременности и родам составляет 32 недели и оплачивается из расчета 90% заработной платы.

Демографы считают, что политику поощрения рождаемости и естественного прироста наиболее активно проводят Франция и Швеция.

Ныне средний возраст вступления в брак в Европе составляет 26,4 года для мужчин и 23,4 года для женщин. В Италии, Швейцарии, Швеции для мужчин он превышает 27, а в Германии даже 28 лет. Для женщин во Франции и Швеции он превышает 24, а в Германии, Швейцарии и Дании — 25 лет.

В США государственная демографическая политика в обычной ее трактовке фактически почти отсутствует. Гражданам в этой сфере предоставлена полная свобода выбора. Помощь семье оказывают, как правило, косвенную, в форме разных налоговых льгот. В США, на родине сексуальной революции 60-х годов, особенно широкое распространение получили различные виды контрацептивов.

Однако «реабилитация» секса  повлекла за собой такие бурные дискуссии, которые буквально раскололи общество на враждующие группировки. В первую очередь это относится к спору о запрете или легализации абортов, которые в США то запрещались, то разрешались — в зависимости от соотношения сил либералов и консерваторов.

В России, когда она была в составе Советского Союза, демографическая политика сводилась в основном к поощрению многодетности и осуществлению комплекса мер, обеспечивавших материальное и моральное стимулирование семьи. В конце 80-х годов, когда началось падение рождаемости и естественного прироста, эти меры были усилены и дополнены рядом новых мер по защите семей с детьми в связи с трудностями перехода к рынку. 

В новой, независимой, России разразился настоящий демографический кризис и началась довольно быстрая убыль населения. Одной из причин и одновременно одним из следствий этого кризиса стало увеличение числа абортов, по общему количеству которых (3,5–4 млн в год в первой половине, 2,5 млн во второй половине 90-х годов) Россия занимает внеконкурентное первое место в мире. По числу абортов из расчета на 1000 женщин в фертильном возрасте (100) и на каждые 100 рождений (200) она также входит в число первых стран. 

России необходима более  последовательная, четкая и научно обоснованная демографическая политика, которая позволила бы ей хотя бы возвратиться к простому воспроизводству населения. 

Именно такая Концепция  программы действий по выводу Российской Федерации из демографического кризиса была подготовлена в конце 90-х годов. Эта концепция рассчитана на срок до 2015 г.

1.4. Концептуальные подходы к проведению демографической политики.

В настоящее время под демографической политикой можно понимать систему общепринятых на уровне государства и общества идей и концептуально объединенных средств, с помощью которых предполагается достижение определенных количественных и качественных целей в области воспроизводства и динамики населения как в данный момент, так и на некоторую долгосрочную перспективу.     

Из этого следует, что  проведение демографической политики требует соблюдения ряда условий. Три  из них неотделимы друг от друга. Во-первых, наличие собственно концепции, описывающей цели, задачи и сроки реализации политики; во-вторых, ресурсов, которые могут и должны быть затрачены на финансирование всех мероприятий политики в рамках принятой концепции и, наконец, в-третьих, соответствующее общественное мнение, которое поддерживало бы основные стратегические идеи проводимой политики.    

Анализ мер демографической  политики, прежде всего по стимулированию рождаемости, в контексте конкретной демографической ситуации, на отдельных  временных интервалах в различных  странах не позволяет говорить о  наличии какой-либо концепции собственно демографической политики. Даже применительно  к Франции речь может идти скорее о совокупности тактических маневров, которые должны были помочь преодолеть очередную трудность в демографическом  развитии. В то же время эти зачастую противоречивые и хаотичные меры всегда подчинялись единой цели –  не допустить сокращения численности  населения страны, что позволяет  говорить о наличии  если не концепции демографического развития страны, то во всяком случае об устойчивых представлений о желаемом демографическом тренде.    

В послевоенные годы в большинстве  стран Западной Европы возобладал взгляд на демографическую политику как  на некую (причем отнюдь не главную) часть  социальной политики. Квинтэссенцией такого подхода к регулированию  демографического развития с конца 1970-х годов стала концепция  социальной адаптации, как наиболее приемлемая в современных условиях форма демографической политики, учитывающей реальное состояние  общественного мнения, экономических  и иных интересов населения и  т.д. Данная концепция довольно популярна  в Скандинавии, ФРГ, Голландии и  ряде других стран.  Суть ее состоит в том, что общество должно учиться существовать в условиях суженного воспроизводства, вкладывая инвестиции не в мало эффективные меры стимулирования рождаемости, а в развитие экономики, в социальную политику, здравоохранение, экологию, наконец, – в обустройство мигрантов, которые могли бы в случае необходимости восполнить дефицит трудовых ресурсов.

В этом смысле весьма показателен  пример Финляндии, правительство которой  традиционно весьма либерально относится  к планированию семьи, не высказывает  тревоги относительно демографического будущего страны, а в качестве приоритетной рассматривает задачу достижения максимального  социального благополучия и равенства  для уже живущих поколений. В  этом контексте в стране осуществляется вся семейная политика, а также  – разнообразные программы помощи социально незащищенным слоям населения, инвалидам и т.п. В СССР также предпринимались попытки сформулировать концептуальные подходы к проведению демографической политики. Этот вопрос стал обсуждаться учеными примерно с начала 1960-х годов в   связи с резким снижением рождаемости. Однако понимание разными учеными предмета демографии как науки вносило своеобразие в трактовку понятия «демографическая  политика» и, как  следствие отражалось на определении ее целей,  задач и возможных мер. Главным парадоксом дискуссии по этому вопросу было то, что практически все специалисты понимали, что основной проблемой демографического развития страны является депопуляционный уровень рождаемости на большей части ее территории. Однако при этом все поддерживали мнение о том, что демографическая политика должна быть комплексной, т.е. охватывать все демографические процессы. Разница точек зрения состояла лишь в том, какие проблемы те или иные ученые относили в разряд демографических. 

Так,  часть ученых полагала, что объектом непосредственного воздействия демографической политики являются процессы рождаемости, смертности, брачности, разводимости, миграции, расселения, социальной и профессиональной мобильности и т.д. Следствием столь широкого понимания объекта и, соответственно, целей и задач демографической политики стало то, что ее предлагалось рассматривать лишь как составную часть политики более высокого уровня – политики народонаселения, которая  «видит свой объект не непосредственно в демографических процессах,  а во всем комплексе условий жизни  и  труда  людей, определяющих производство  и воспроизводство главной производительной силы общества, субъекта общественного производства, то есть человека, населения». 

Очевидно, введение понятия  «политика народонаселения»,  которое, судя по контексту определения,  охватывает значительную  часть социально-экономической политики (если не поглощает всю ее целиком, так как трудно выделить какую-либо ее часть,  так или иначе не влияющую на население), должно было придать некоторую духовность утилитарным целям регулирования демографических процессов. Однако оно представляется мало продуктивным с точки зрения практического  использования при проведении демографической политики, то есть государственного управления.     

Примером полного  отождествления  демографической и социальной политики, правда с различными акцентами в области приоритетности одной в отношении другой, могут служить два других определения. «Для развитого социалистического общества   рост населения – не самоцель.  Высшей целью общественного производства при социализме является наиболее полное удовлетворение материальных и духовных потребностей людей. В соответствии с этим демографическая политика, выступающая в форме политики социальной, всегда была направлена на охрану здоровья людей, широкую и всестороннюю заботу о матери и ребенке,  помощь пожилым и нетрудоспособным. Под влиянием последовательного осуществления социальной политики государства, направленной на повышение благосостояния  трудящихся, формировались и перемены в демографическом сознании и демографическом поведении». Так рядом ученых определялась цель демографической политики в советское время, отказывая в принципе ей в праве на   самостоятельное существование.      

Второе определение, произвольно  смешивающее воедино цели демографической  и социальной политики, еще менее  функционально с практической точки  зрения, но оно еще более идеологизировано по форме. В нем сущность социалистической «демополитики» определяет ее основная стратегическая цель – формирование коммунистического типа самовоспроизведения населения и коммунистического способа демовоспроизводства… В обосновании этой позиции говорится, что  все виды социальной политики  выступают  как  фрагменты демографической политики.

Параллельно с приведенными выше существовала и иная точка зрения на демографическую политику, ориентированная в большей мере на прямой пронатализм (с косвенным признанием необходимости усилий по снижению смертности). Суть ее состоит в том, что хотя любая социальная  политика в любой области управления жизнедеятельностью общества неизбежно оказывает влияние на демографические процессы, не   является достаточным основанием для смешения двух понятий: социальной  и демографической политики. В силу этого относить различного рода   социальные мероприятия,  осуществляемые государством, к  мерам демографической политики можно только в том случае,  когда целью их введения является прямое и запланированное воздействие общества на демографические процессы.