Межнациональные конфликты: причины, типология, пути решения

Как результат насилия  необходимо рассматривать и несбалансированность преобразований общества, когда социальное и экономическое неравенство, конкуренция  на рынке труда, земли и жилья  перерастают в межэтнические  конфликты. Такова природа конфликтов-бунтов конца 1980-х — начала 1990-х годов  — ферганских, душанбинских, ошских — и других подобных событий. Чаще всего этническая общность, «подвергшаяся  нападению», выступала в роли «козла отпущения».

Переход к демократизации, сопровождавшийся борьбой в обществе старых и новых политических элит, стал детонатором, который в полиэтническом обществе привел к тому, что борьба «приобрела этнополитическую окраску». К обострению этнополитических конфликтов приводили неумелые, непоследовательные шаги по преобразованию государства  в реальную федерацию, попытка силой  остановить дезинтеграционные тенденции  в республиках (тбилисские события 1989 г., бакинские1990 г., вильнюсские 1991 г.).

Некоторые конфликты  являются следствием распада Союза  ССР, когда в отделившихся республиках  в борьбу «за свою долю политического  и территориального наследства»  вступили бывшие автономии или желавшие ее получить (Абхазия, Южная Осетия — в Грузии, Гагаузия и Приднестровье  — в Молдове, Карабах — в  Азербайджане).

Межэтнические конфликты  не возникают неожиданно, а вызревают  в течение длительного времени. Причины, ведущие к ним, многообразны. Их сочетание в каждом конкретном случае особое. Вместе с тем для  возникновения этнического конфликта  необходимо, как правило, наличие  трех факторов.

Первый фактор связан с уровнем национального самосознания, которое может быть адекватным, заниженным или завышенным. Два последних  уровня и способствуют появлению  этноцентристских устремлений.

Второй фактор заключается  в наличии в обществе «критической»  массы социальных проблем, оказывающих  давление на все стороны национального  бытия.

Третий фактор состоит  в наличии политических сил, способных  использовать в борьбе за власть два  первых фактора.

Важное значение имеет установление типологии межнациональных  конфликтов. При этом основанием классификации  можно определить следующее разделение конфликтов:

— по сферам проявления (социально-экономические, культурно-языковые, территориально-статусные, сепаратистские);

— по целям (реалистические, нереалистические);

— по объему использования  военной силы (мирные, с минимальным  использованием военной силы);

— по вертикали (между  центром и республиками, межрегиональными и местными органами власти);

— по горизонтали (между  группами коренной и некоренной национальности, микроконфликты на личностном уровне).

Одними из первых межэтнические конфликты типологизировали Э. А. Паин и А. А. Попов. Они выделили конфликты стереотипов, т. е. ту стадию конфликта, когда этнические группы могут еще четко не осознавать причины противоречий, но в отношении  оппонента создают негативный образ  «недружественного соседа», «нежелательной группы». В качестве примера ученые приводили армяно-азербайджанские  отношения. Действительно, социологические  и полевые этнографические исследования задолго до конфликта фиксировали  взаимные негативные стереотипы армян  и азербайджанцев.

Другой тип конфликта  Э. А. Паин и А. А. Попов назвали  конфликтом идей. Характерными чертами  таких конфликтов (или их стадий) является выдвижение тех или иных притязаний. В литературе, средствах  массовой информации обосновывается «историческое  право» на государственность (Эстония, Литва, Грузия, Татарстан, другие республики СССР), на территорию (Армения, Азербайджан, Северная Осетия, Ингушетия).

Третий тип конфликта  — конфликт действий. К этому  типу относятся митинги, демонстрации, пикеты, вплоть до открытых столкновений.

Межнациональные конфликты  свидетельствуют о том, что социальная напряженность достигла определенного  критического предела, а существующие политико-правовые институты не способны разрешить объективные противоречия.

Примером, по мнению Э. Паина, могут служить три типа межнациональных конфликтов, которые  он условно называет конфликтами  «крымского», «карабахского» и «прибалтийского» типа 4 .

Исходя из многообразия и многоаспектности межнациональных  проблем, западные эксперты предлагают взять за главный критерий классификации  этнических конфликтов уровень насилия.

Э. Паин предлагает внутренние этнотерриториальные конфликты  ранжироватьпо степени вызова 5 :

1) конфликты, возникшие  в результате притязаний существовавших  ранее национально-территориальных  автономий на полный государственный  суверенитет (к таковым на территории  Российской Федерации относится  только чеченский конфликт);

2) конфликты, развившиеся  как следствие провозглашения  этническими общинами новых национально-территориальных  автономий или одностороннего  повышения ими статуса существующих, но без формального притязания  на создание на базе этих  автономий независимых государств (подобные акции оказывались нередко  лишь прелюдией к требованиям  полного суверенитета, поэтому власти  обычно стремятся воспрепятствовать  и акциям этого типа); на такой  основе развиваются конфликты  между балкарским национальным  движением и прокабардинскими  властями Кабардино-Балкарской Республики, между лидерами различных этнических  общин Карачаево-Черкессии и ее  властями 6 .

3) конфликты между  соседними этническими группами  или республиками, претендующими  на контроль над спорными пограничными  территориями (речь идет прежде  всего о конфликтах между многочисленными  этническими общностями Дагестана,  а также споре между Северной  Осетией и Ингушетией из-за  Пригородного района).

Исходя из оценки событий конца 80-х — начала 90-х  годов прошлого века, можно выделить следующие типы межэтнических конфликтов.

К первому типу относятся  конфликты психологических стереотипов. Этого рода конфликты характеризуются  значительным элементом стихийности  и неуправляемости движений. Поводом  для возникновения каждого очередного конфликта обычно служат слухи или неверные истолкования реальных событий. При этом действия скрытых провокаторов конфликтов обычно остаются в тени. Например, «события» в Сумгаите (1988), Фергане (1989), Новом Узене (1989) и др.

Второй тип —  межэтнические конфликты идеологических концепций (или доктрин). Он содержит в себе некоторую идеологическую (теоретическую, концептуальную) конструкцию, которая может включать в себя различного рода претензии и их оправдания, высказываемые от имени «народа», «нации» (идея исторического обоснования  ценности нации; оправдательная доктрина относительно «своей нации» и преимущественно  осуждающая другую). Эти и подобные построения не имеют ничего общего с научными теориями. Третий тип  связан со столкновением политических институтов (организаций). Политические институты (партии, политические движения, органы государственной власти, вооруженные  формирования и т. п.), национальные по составу своих участников, а  также по принятой фактически или  даже официально идеологии, выступают  в межэтнических конфликтах в  качестве социальных структур, обладающих властью, влиянием и силой.

Вступление в  межэтнический конфликт политических институтов знаменует собою внешнюю  сторону его развития и, кроме  того, создает предпосылки для  начала его ослабления и прекращения  путем выработки компромиссов с  помощью переговоров.

Четвертый тип заключается  в избрании стратегической цели этносоциального  движения (автономистские, сепаратистские, этноэгалитаристские, антииммигрантские, по поводу определенных сторон культуры, религии, языка и др.).

Мировой опыт, в  том числе наша практика, показывает, что межэтнические конфликты  могут быть решены только мирным путем.

Так, в России Татарстан  продемонстрировал мирный вариант  решения сложного конституционного конфликта. Как известно, Конституция, принятая в республике в 1992 году, зафиксировала  ее независимость и ассоциированное  членство в Федерации. Федеративный договор республика тогда не подписала.

В феврале 1994 года после  серии переговоров договор между  гoсударственными органами Российской Федерации и Республики Татарстан  был подписан, благодаря чему основные противоречия были урегулированы. С  тех пор развитие отношений на основе подписанного договора стало  называться «Моделью Татарстана».

Элементы институционального конфликта имели место и в  Башкортостане. Эта республика подписала  федеративный договор, но на определенных условиях. Конфликтность была снята  после подписания договора о разделении полномочий с федеральным центром.

Конституционные конфликты  были еще в двух республиках —  Саха (Якутии) и Туве. В них в  начале 90-х годов прошлого века активно  действовали национальные объединения, особенно якутские, желавшие получить больше самостоятельности в рамках Федерации.

Методом ослабления конфликта является деконсолидация сил, участвующих в конфликте, с  помощью системы мер, которые  позволяют отсечь (например, путем  дискредитации в глазах общественности) наиболее радикальные элементы или  группы и поддержать силы, склонные к компромиссам, переговорам.

Как правило, наиболее эффективен прерыв конфликта. Данный способ ослабления конфликта позволяет  расширить действие прагматических подходов к его регулированию. В  результате этого меняется эмоциональный  фон конфликта, снижается накал  страстей.

Особые правила  существуют и в переговорном процессе. Для того чтобы добиться успеха, необходима прагматизация переговоров, которая состоит в разделении глобальной цели на ряд последовательных задач. Обычно стороны бывают готовы заключить договоренности по жизненно важным потребностям, по поводу которых  и устанавливается перемирие: для  захоронения погибших, обмена пленными. Затем переходят к наиболее актуальным экономическим, социальным вопросам. Политические вопросы, особенно имеющие символическое  значение, откладывают и решают в  последнюю очередь. Если ясно, что  в данный момент решить их невозможно, то используют тактику так называемых отложенных решений. Подобный прием  принес успех и в Приднестровье, и в Южной Осетии. Бывают случаи, когда переводу конфликта в стадию переговоров мешает позиция лидеров. Переговоры должны вестись таким  образом, чтобы каждая сторона стремилась найти удовлетворительные ходы не только для себя, но и для партнера. Как  говорят конфликтологи, надо сменить  модель «выигрыш — проигрыш» на модель «выигрыш — выигрыш». Каждый шаг в переговорном процессе следует  закреплять документально.

Полезным считается  участие в переговорах посредников  и медиаторов. В особо сложных  ситуациях легитимацию договоренностям  придает участие представителей международных организаций. Урегулирование конфликтов — это всегда сложный  процесс, граничащий с искусством. Намного  важнее не допускать развития событий, приводящих к конфликтам. Сумма усилий в этом направлении определяется как предупреждение конфликтов. В  процессе их регулирования этносоциологи  и политологи выступают экспертами для выявления и проверки гипотез  о причинах конфликта, для оценки «движущих сил», массовости участия  групп при том или другом варианте развития событий, для оценки последствий  принимаемых решений.

Изучение межнациональных  конфликтов в различных странах  мира, включая Россию, позволяет  предложить такую систему их урегулирования, которая предполагает сочетание  институционального и инструментального  подходов 7 .

Институциональный подход подразумевает создание сети организаций, особой инфраструктуры предотвращения и урегулирования внутренних конфликтов. Она должна включать институты национального, регионального и глобального  уровней.

Инструментальный  подход состоит в сочетании конкретных мер, инструментов регулирующего воздействия  на межэтнический конфликт. Среди  них выделяют тактические, оперативные  и стратегические решения.

Тактические решения  направлены на регулирование конфликтов путем силового, в том числе  и экономического, давления на его  участников или посредством налаживания  переговорного процесса.

Оперативные решения  связаны с разовыми действиями, направленными  на ограничение разрастания конфликтов (разоружение «боевиков», разъединение воюющих сторон, усиление охраны жизненно важных объектов) или на устранение последствий конфликтов (обустройство беженцев, восстановление коммуникаций, наказание организаторов погромов и т. п.).

Стратегические  решения ориентированы на предупреждение кризисов в межнациональных отношениях на основе заблаговременного создания правовых, политических, экономических  и социально-психологических уровней  безболезненного решения проблем.

Список  литературы

1 Даль В. И.  Толковый словарь живого великорусского  языка: В 4 т. М., 1978. Т. 1. С. 87.

2 Тишков В. Очерки  теории и политики этничности  в России. М., 1997. С. 480.

3 См., в частности:  Дробижева Л. М. Русские в  новых государствах. Изменение социальных  ролей // Россия сегодня: трудные  поиски свободы. М., 1993.

4 См.: Дружба народов. 1989. № 11; МЭИМО. 1991. № 4; Паин Э.  Чечня и другие конфликты в  России // Междунар. жизнь. 1998. № 3. С. 91–92.

5 См.: Паин Э. Чечня  и другие конфликты в России. С. 91–92.

6 См.: Государственные  акты Карачаевской республики. Карачаевск, 1990; Обращение к жителям Карачаево-Черкесска  // День республики. 1992. 11 марта; Аверин  И. Казаки — этнос или сословие? // Независимая газ. 1992. № 93.

7 См.: Шевцов В.  М. Межнациональные конфликты:  механизм их разрешения. М., 1994. С. 44.

Для подготовки данной работы были использованы материалы  с сайта http://proceedings.usu.ru/ 
 
Читать полностью:http://www.km.ru/referats/9FB8DD1584934D8BA7984471A50AB2BD