Курская битва

Сломив упорное сопротивление противника, войска Степного фронта вышли к Белгороду и с утра 5 августа завязали бои за него. С севера на город наступали соединения 69-й армии, а с востока – 7-й гвардейской армии. 1-й механизированный корпус (генерал-лейтенант М. Д. Соломатин) обошел Белгород с запада. Но несмотря на угрозу окружения, враг продолжал удерживать город. Начались ожесточенные уличные бои, завершившиеся к вечеру разгромом немецкого гарнизона и освобождением Белгорода. В боях за этот старинный русский город особенно отличились 89-я гвардейская стрелковая дивизия полковника М. П. Серюгина, 305-я стрелковая дивизия полковника А. Ф. Васильева и 23-й гвардейский бомбардировочный авиаполк, удостоенные почетного наименования «Белгородских».

Воронежский и Степной фронты продолжали развивать наступление. Стремительно действовали танковые армии. К середине дня 6 августа 1-я танковая армия продвинулась на глубину 50—55 км, а на правом фланге 5-я гвардейская танковая армия ликвидировала сильный узел сопротивления врага в районе Томаровки и прорвалась к Золочеву. Было уже далеко за полночь, когда танки 181-й танковой бригады 18-го танкового корпуса (полковник А. В. Егоров) с выключенными фарами достигли окраины города. Командир бригады подполковник В. А. Пузырев решил атаковать город с ходу, используя внезапность. Взревели моторы, и советские танки ворвались в Золочев. Разбуженные стрельбой, ревом моторов и скрежетом гусениц, полураздетые гитлеровцы ошалело выскакивали из домов и попадали прямо под огонь танковых пушек и пулеметов. Двигаясь по параллельным улицам, танки расстреливали и давили стоявшую на обочинах технику: грузовые и штабные машины, тягачи, орудия, походные кухни и т. п. Особо отличились в этом скоротечном ночном бою капитан Я. П. Вергун и старший лейтенант Е. В. Шкурдалов. Оба они были удостоены звания Героя Советского Союза. С рассветом сопротивление противника резко возросло. Однако на помощь бригаде подошли главные силы корпуса. Под вечер город Золочев был полностью освобожден от противника, а остатки его гарнизона отброшены на юго-запад.

29-й танковый  корпус (генерал-майор И. Ф. Кириченко) 5-й гвардейской танковой армии  в это время развивал наступление  на Казачью Лопань. Сопротивление  врага здесь также было быстро  сломлено. 7 августа танковые армии  освободили Богодухов и Золочев, завершив прорыв обороны противника  на всю ее оперативную глубину. Фронт прорыва наших войск  достиг 120 км, а глубина 80 — 100 км. Белгородско-харьковская  группировка немецко-фашистских  войск, по существу, была рассечена  на две части.

Советская авиация в напряженной борьбе завоевала господство в воздухе. В период с 3 по 8 августа она уничтожила около 400 немецких самолетов. К 11 августа Воронежский фронт вышел своим правым крылом к Ахтырке, а левым – к железной дороге Харьков—Полтава. Войска Степного фронта подошли к внешнему оборонительному обводу Харькова. Чтобы не допустить окружения своей харьковской группировки, командование группы армий «Юг» начало срочную переброску войск на этот участок фронта из Донбасса и из-под Орла. Ставка ВГК дала указание авиации воспрепятствовать переброске оперативных резервов противника в полосы Степного и Воронежского фронтов. В результате непрерывного воздействия советской авиации вражеские резервы понесли значительные потери, а главное – не смогли своевременно прибыть в назначенные районы. В период самых интенсивных перебросок резервов противника по его железнодорожным коммуникациям нанесли удары партизаны. Их активные действия существенно замедлили темпы сосредоточения контрударных группировок гитлеровцев. Однако сорвать перегруппировку крупных сил врага в районе Харькова нашему командованию не удалось.

К 10 августа оборона противника на харьковском направлении была окончательно рассечена на две части. Между 4-й танковой армией и оперативной группой «Кемпф» немцев образовалась почти 60-километровая брешь. Тем самым создались условия для освобождения Харькова и развития наступления на Левобережной Украине. В соответствии с утвержденным Ставкой ВГК планом овладеть Харьковом предполагалось нанесением концентрического удара с нескольких направлений при одновременном глубоком охвате его с запада. На Харьков должны были наступать 53, 57, 69, 7-я гвардейская общевойсковые и 5-я гвардейская танковая армии. Воронежский фронт силами 3 армий должен был наступать на Ахтырку, частью сил – на Богодухов и далее на Мерефу в обход Харькова с северо-запада. Для выполнения задач второго этапа операции «Полководец Румянцев» Воронежский фронт усиливался резервами Ставки. Вместо убывших из его состава армий прибывали новые – 4-я гвардейская и 47-я армии.

Юго-Западный фронт (генерал армии Р. Я. Малиновский) наносил главный удар на Сталино (Донецк), а частью сил — на Мерефу с целью содействия Степному фронту в изоляции Харькова. Ставка подключала к операции и Южный фронт (генерал-полковник Ф. И. Толбухин), который получил задачу наступать из района южнее Ворошиловграда (Луганск) в общем направлении на Сталино навстречу главному удару Юго-Западного фронта. После операции по освобождению Харькова все участвовавшие в ней фронты должны были развернуть наступление на Левобережной Украине, к Днепру.

10 августа  войска Степного фронта развернули  общее наступление на Харьков  и на следующий день подошли  к его внешнему оборонительному  обводу. К этому времени войска  Воронежского фронта освободили  Ахтырку и перерезали железную  дорогу Харьков—Полтава. Создалась  реальная угроза глубокого охвата  советскими войсками всей харьковской  группировки противника. Чтобы не  допустить этого, командование группы  армий «Юг» скрытно сосредоточило  южнее Богодухова 3-й танковый корпус, насчитывавший до 400 танков и штурмовых орудий. 11 августа этот корпус нанес внезапный контрудар по 1-й танковой армии и левому флангу 6-й гвардейской армии. В районе Богодухова развернулось встречное танковое сражение, носившее исключительно напряженный и упорный характер. Противник стремился отрезать вырвавшуюся вперед 1-ю танковую армию от основных сил фронта и разгромить ее южнее Богодухова. Используя свое почти тройное превосходство в танках и сильную авиационную поддержку, противник потеснил наши танковые соединения на 20 км к северу и освободил перерезанный ими участок железной дороги Харьков—Полтава. Но прорваться к Богодухову, а тем более окружить и разгромить танковую армию ему не удалось.

13 августа  в сражение вступили основные  силы левого крыла Воронежского  фронта – 5-я и 6-я гвардейские  армии, а также 5-я гвардейская  танковая армия. На их поддержку  были перенацелены основные силы  фронтовой авиации. После ожесточенных  боев к исходу дня 17 августа  контрудар врага в районе Богодухова  был отражен. Понеся тяжелые потери, отборные соединения немецко-фашистского  вермахта – моторизованные дивизии  СС «Рейх», «Викинг» и «Мертвая  голова», были вынуждены перейти  к обороне.

Но вражеское командование не отказалось от своего замысла. Утром 18 августа силами 4 танковых, 2 моторизованных дивизий и 2 отдельных батальонов тяжелых танков оно наносит новый контрудар по войскам Воронежского фронта в районе Ахтырки. Противнику, сосредоточившему на узком участке крупные силы, удалось прорвать фронт 27-й армии (генерал-лейтенант С. Г. Трофименко) и продвинуться в направлении Богодухова на 24 км. Для отражения этой вражеской группировки были выдвинуты 4-я гвардейская армия (генерал-лейтенант Г. И. Кулик), 3, 4 и 5-й гвардейские танковые корпуса, а также переброшенные из-под Богодухова главные силы 1-й танковой армии. Мощным встречным ударом советских войск наступление противника к 20 августа было остановлено. В результате развернувшегося восточнее Ахтырки встречного сражения ударная группировка врага понесла большие потери и была вынуждена перейти к обороне.

Тем временем армии правого крыла Воронежского фронта: [38-я (генерал-лейтенант Н. Е. Чибисов), 40-я (генерал-лейтенант К. С. Москаленко) и 47-я (генерал-лейтенант П. П. Корзун)], — продолжавшие успешно развивать наступление в западном направлении, глубоко охватили с севера ахтырскую группировку противника и создали угрозу ее тылам. В упорных боях, развернувшихся 22—25 августа, ударная группировка немецко-фашистских войск в районе Ахтырки была разгромлена, соединения Воронежского фронта вновь овладели этим городом. Таким образом, попытка командования группы армий «Юг» стабилизировать линию фронта и снять угрозу Харьковскому промышленному району потерпела крах.

В то время как армии Воронежского фронта отражали бешеный натиск немецких танковых дивизий под Богодуховом и Ахтыркой, войска Степного фронта вели упорное сражение за Харьков. Враг яростно сопротивлялся, выполняя приказ Гитлера ни в коем случае не сдавать город. Напряженность борьбы нарастала с каждым днем. 13 августа войска Степного фронта прорвали внешний оборонительный обвод, находившийся в 8—14 км от Харькова, а через 4 дня, прорвав внутренний оборонительный обвод, завязали бои на северной окраине города. Ломая ожесточенное сопротивление противника, отражая его непрерывные контратаки, советские войска последовательно прорвали внешний и внутренний оборонительные обводы вокруг города и охватили его с трех сторон.

Во второй половине дня 22 августа наземная и воздушная разведки обнаружили начало отхода вражеских войск из Харькова. «Чтобы не дать возможности противнику уйти из-под ударов, — писал впоследствии Маршал Советского Союза И. С. Конев, — вечером 22 августа я отдал приказ о ночном штурме Харькова. Всю ночь на 23 августа в городе шли уличные бои, полыхали пожары, слышались сильные взрывы. Воины 531, 69, 7-й гвардейской, 57-й2 армий и 5-й гвардейской танковой армии, проявляя мужество и отвагу, умело обходили опорные пункты врага, просачиваясь в его оборону, нападали на его гарнизоны с тыла. Шаг за шагом советские воины очищали Харьков от фашистских захватчиков». К рассвету 23 августа грохот сражения за город стал постепенно затихать, а к полудню Харьков был полностью очищен от противника. С освобождением Харькова и Харьковского промышленного района завершилась операция «Полководец Румянцев», а в месте с нею и Курская битва. Вечером 23 августа 1943 года столица нашей Родины — Москва салютовала освободителям Харькова – крупнейшего политического и экономического центра Юга нашей страны 20 артиллерийскими залпами из 224 орудий. 10 наиболее отличившихся в боях за город соединений были удостоены почетного наименования «Харьковских».

Вывод

Размах, напряженность борьбы и достигнутые результаты ставят битву под Курском в ряд крупнейших битв не только Великой Отечественной, но и всей Второй мировой войны. В течение 50 суток на сравнительно небольшой территории вели ожесточенную борьбу 2 мощнейшие группировки вооруженных сил противоборствующих сторон. В беспримерных по напряженности, ожесточению и упорству сражениях с обеих сторон участвовали более 4 млн человек, свыше 69 тыс. орудий и минометов, более 13 тыс. танков и самоходных (штурмовых) орудий, до 12 тыс. самолетов. Со стороны немецко-фашистского вермахта в Курскую битву было вовлечено свыше 100 дивизий, что составляло более 43 % дивизий, находившихся на Восточном фронте. Со стороны Красной Армии в битве было задействовано около 30 % имевшихся в ее составе дивизий.

Победа в Курской битве досталась нам дорогой ценой. В ходе ее советские войска потеряли в общей сложности свыше 863 тыс. человек (в том числе более 254 тыс. — безвозвратные потери). Потери в боевой технике составляли: свыше 6 тыс. танков и САУ, более 5,2 тыс. орудий и минометов и 1,6 тыс. самолетов. Сразу же после завершения Курской битвы пришлось вывести в тыл на доукомплектование все 5 танковых армий, 13 танковых корпусов и 28 стрелковых дивизий, а также значительное число отдельных частей различных родов войск.

Противник в битве под Курском потерял около 500 тыс. солдат и офицеров, 1,5 тыс. танков и штурмовых орудий, 3 тыс. орудий и минометов, свыше 3,7 тыс. самолетов.

Большие потери советских войск во многом объясняются тем, что, несмотря на двухлетний опыт войны, советский командный состав, штабы и войска в целом еще не владели должным боевым мастерством. Зачастую боевой опыт использовался слабо, творчески не преломлялся, прежде всего из-за огромной текучести личного состава во всех войсковых звеньях. Нередко крайне негативную роль играло стремление отдельных командиров (командующих) к нанесению фронтальных ударов по противнику, попытки окружить его на небольшую глубину, почти в тактической зоне обороны, наиболее насыщенной силами и средствами врага. Такие действия позволили немецкому командованию осуществлять широкий маневр своими силами и средствами в оперативной глубине, занимать ими новые оборонительные рубежи и проводить эффективные контратаки (контрудары). Сказывались и недостатки в организации взаимодействия, особенно между родами войск и авиации с наземными войсками. Не всегда оправдывала себя и излишняя поспешность при вводе в бой (сражение) резервов. Имело место распыление резервов, ввод их в бой (сражение) по частям, а также ряд других негативных моментов при организации и ведении боевых действий.

И тем не менее враг потерпел жестокое поражение, в корне подорвавшее его боевую мощь. Особенно тяжелый урон понесли его танковые войска, вооруженные новой боевой техникой, на которую гитлеровские стратеги возлагали особые надежды. Это вынужден был с горечью признать известный немецкий генерал Г. Гудериан: «Бронетанковые войска, пополненные с таким большим трудом, из-за больших потерь в людях и технике на долгое время вышли из строя. Их своевременное восстановление для ведения оборонительных действий на Восточном фронте… было поставлено под вопрос… и уже больше на Восточном фронте не было спокойных дней».

В ходе Курской битвы Красная Армия не только выдержала огромной силы удар врага, но и, перейдя в контрнаступление, наголову разгромила его, отбросив в южном и юго-западном направлениях на 140—150 км. В результате были созданы предпосылки для развертывания общего наступления советских войск с целью освобождения Левобережной Украины и выхода к Днепру. В общей сложности за время Курской битвы советскими войсками были разгромлены 30 немецких дивизий, в том числе 7 танковых. В битве под Курском окончательно потерпела крах наступательная стратегия вермахта. С этого времени и до конца войны Красная Армия прочно удерживала стратегическую инициативу в своих руках.

Разгром немецко-фашистских войск на Курской дуге имел далеко идущие военно-политические последствия. Он оказал решающее влияние на весь дальнейший ход не только Великой Отечественной, но и всей Второй мировой войны. Германия и ее союзники были вынуждены перейти к обороне на всех театрах Второй мировой войны.