Исторический жанр в творчестве передвижников

        По берегу Волги под палящими солнечными лучами тянут против течения тяжело груженую баржу одиннадцать бурлаков. Медленно движутся они, усталые и измученные. Ноги вязнут в глубоком песке, яркое солнце, весело освещая пустынное побережье, немилосердно палит их головы, а они шаг за шагом идут вперед и тянут свою лямку. Бесконечно длинна Волга-матушка, бесконечен и тяжелый путь этой ватаги.

         Образы бурлаков воплощают покорность судьбе, протест и озлобление, невозмутимость или простодушие. И только в Канине слилось множество характерных черт, присущих каждому бурлаку в отдельности. Он и значительней всех, будто известно ему больше, чем остальным - не только подноготная жизни, но и та лучшая доля, то безоблачное счастье, о котором все грезят...

         На картине Репина лапотники-бурлаки, несмотря на изнуряющий труд, не вызывают у зрителя жалости, да и не нуждаются в ней. Могучая внутренняя, пока еще не осознанная ими сила живет в них. И кажется, нет такой преграды, что могла бы встать на пути и сдержать ее.

      В 1871 г. за картину «Воскрешение дочери Иаира» художник получил большую золотую медаль и право на заграничное пенсионерство. В качестве пенсионера Репин побывал в Италии и Франции (1873-1876), откуда, однако не вынес ничего нового и светлого, что тогда творилось в европейской живописи (импрессионисты и барбизонцы). Это странное невнимание к передовым идеям современного искусства, а также безвольное увлечение идеями Стасова, еще немало навредит Репину в будущем. Опомнится он тогда, когда уже будет поздно, когда талант его станет безвозвратно угасать (конец 19 - начало 20 века). По возвращении в Россию в 1876 г. начинается период высшего расцвета его творчества. Репин выступает как портретист, мастер бытовой и исторической картины. Портрет был не только ведущим жанром, но и подосновой творчества Репина вообще.

      Репин - один из величайших в мировом искусстве  мастеров портретной живописи. Он создал такую огромную и по количеству и  по качеству портретную галерею своих современников, что едва ли можно сравнить с ним кого-либо из крупнейших художников мира. Репинская портретная галерея замечательна не только и не столько отображением определенных исторических лиц, но, и это самое главное, - является отражением жизни его времени. В.В.Стасов говорил, что Репин-портретист отличается от всех других мастеров портрета тем, что «с дерзостью смелого почитателя попробовал в некоторых своих портретах то, чего никогда никто и нигде, кажется, еще не пробовал: это изобразить творческую и работающую, внутри головы, мысль великого человека».*

           "В России за последние сто лет было немало чудных портретистов: Левицкий, Боровиковский, Кипренский, Тропинин, Венецианов, Перов и Серов - вот те высшие точки, которых достигло портретное искусство в России. По своему таланту Репин должен стоять во главе этого ряда. В его портретах особенно сказалась его близость к великим мастерам прошлого. В портретах Репин достиг высшей точки своей живописной мощи. Некоторые из них прямо поразительны по тому темпераменту, с которым они написаны"- говорил о нём Н.А.Бенуа.**

      При работе над большими полотнами он систематически обращался к портретным этюдам для выяснения облика и характеристики персонажей. Таковы «Протодьякон» (1877) и Горбун (1881, ГРМ), портреты, связанные с картиной «Крестный ход в Курской губернии» (1880-1883, ГТГ). Как и в «Бурлаках на Волге», но в более масштабной форме, здесь проявилось редкое умение Репина чувствовать и передавать стихийную жизнь массы, толпы людей, не теряя при этом индивидуального, портретного своеобразия каждого лица.    

        Характеристики привилегированной части толпы - помещицы, купца, священника отмечены духом социально-критической иронии. В образной трактовке простых людей, нищих, странников Репин остается гуманистом и реалистом, видящим и нравственное превосходство народа, и его заблуждения. Фальшивому благочестию сытой публики противопоставлена глубоко искренняя, но слепая надежда обездоленных прорваться к своей _ правде в мире угнетения и несправедливости. В знаменитой картине «Крестный ход в Курской губернии» (1880-1883), которая доставила художнику много мук, показана бездуховность совершаемого ритуала, __________________________________________________________

*В. В. C т a c o в. Coбp. coч., т. II. CПб., 1894, cтp. 480.

** Н.А.Бенуа "История русской живописи в XIX веке".М.,1998.С.334.

превратившегося, вопреки христианским заповедям, в  нарочитую демонстрацию сословных  границ общества.

     Замысел картины возник в 1877 в Чугуеве. Первоначально композиция предполагалась как "Крестный ход в дубовом лесу", и художник работал над ней до 1881. Летом 1881 И.Е.Репин предпринял поездку в Курск и его окрестности, где в монастыре Коренная Рождество-Богородичная пустынь летом и осенью совершались знаменитые на всю Россию крестные ходы. По возвращении художник приступил к новому варианту "Крестный ход в Курской губернии". С этого момента он не оставлял работы над картиной и завершил ее в 1883 к выставке "11-я ТПХВ 1883-1884".

          Тема крестного хода - одна из популярнейших в русской живописи, начиная с Василия Перова. Однако Репин не имеет соперников в изображении толпы, шествия. В Крестном ходе толпа показана как единый массив. Но когда взгляд начинает выхватывать отдельные фигуры, создается впечатление, что Репин буквально каждое лицо увидел в жизни - рядом с этой живостью все прежние " шествия" выглядят условными интеллектуальными конструкциями. Из эскизов явствует, что Репин первоначально был увлечен декоративным эффектом - изумрудная зелень леса, и на ее фоне — золотая риза священника и пестрая толпа. Но, как писал Репин, " эксплуататоры края - кулаки - вырубили мои любимые леса, где столько у меня детских воспоминаний" — и в самой картине толпа движется на фоне пригорка со свежепорубленными пнями. В характеристиках привилегированной части толпы — мещан, купцов, кулаков и помещиков — отчетливы обличительные интонации, имеющие своим источником критическую тенденцию 1860-х годов. На лицах - выражение притворного благочестия, сознание собственной значительности, важность, граничащая с чванством. " Чистая публика" отъединена шеренгой пеших и конных урядников от толпы нищих странников, возглавляемой горбуном. Эта толпа и особенно этот горбун, для которого по природе невозможно внешнее благолепие, должны олицетворять безыскусственную народную веру. Но страстный порыв горбуна изначально дискредитирован театральной саморепрезентацией привилегированной публики, которую горбун не видит, и потому не ощущает безысходности, трагизма своего порыва.

   В картине «Крестный ход в Курской  губернии» дана вся Россия: отсталые, страшные формы ее общественной и  духовной жизни, социальная иерархия, надежды, развлечения, судьбы.

   В «Крестном ходе» Репин предскажет даже форму начала первой русской революции (крестный ход 9 января 1905!), даст образ русской толпы и в то же время русского народа, покажет индивидуальности и характеры. Он даст пейзаж Родины, совсем разный в вариантах своего сюжета.

   Корней  Иванович Чуковский описывал «Крестный ход» следующим образом: «…это непревзойденное умение выражать психическую сущность человека каждой складкой у него на одежде, малейшим поворотом его головы, малейшим изгибом мизинца… Обо всем этом с такой же экспрессией мог бы написать лишь один человек – Лев Толстой. Лишь у Льва Толстого нашлись бы слова, чтобы описать каждого из этих людей: так сложны и утонченные характеристики, сделанные репинской кистью… Здесь предельная степень реалистической правды». *

   Все герои этой живописи – одна огромная семья, один громадный, разросшийся род России. Той самой великой, страшной и смешной России, которая движется в картине. Да это же не холст, это скорее старинная

кинолента, только странно, что она цветная! Идет-бредет вся Россия. Она в пути, но еще не знает, куда ее приведет дорога. Гениальный художник провидел судьбы, запечатлел глаза, облики, фигуры, дал точнейшие по исчерпывающей полноте своих характеристик народные типы.

В цикле  работ, посвященных революционному движению народников, выделяется картина «Не ждали» (1884-1888). Репин показал сложную гамму переживаний членов семьи, встречающих отца, сына, мужа. Репину всегда _______________________________________________________________

*К.И.Чуковский. Репин. Серия "Жизнь в искусстве". - М.: "Искусство", 1969. С.116.

были  интересны крайние эмоциональные  переживания человека: горе, радость, удивление.

   По  широким некрашеным половицам дома своего – когда-то своего, а теперь будто уже и чужого – осторожно  ступает бывший каторжанин. Репин написал этот его робкий неширокий шаг, его скованность. Ведь боится тот, которого даже и «не ждали», напугать тюремной одеждой родных – мать, жену, сына.

     Малыш, наверное, видел, как отца уводили… А вот дочка, может, совсем крошкой была или даже еще не появилась на свет в тот страшный день. Дочка глядит на каторжанина, словно на чужого. И с каким состраданием наблюдает эту сцену горничная, давно, видимо, ставшая членом этой семьи.

     Моделями Репину служили родные. Он писал «Не ждали» на даче в Мартышкине под Петербургом, где жили вместе Шевцовы старшие, Илья Ефимович и Вера Алексеевна с детьми. Девочка в картине – Веруня Репина, молодая жена каторжанина – жена художника, а мать героя писана с любимой тещи. Горничную в картине «сыграла» репинская горничная Надюша, Надежда Алексеевна, прилежная слушательница всего, что читалось вслух в хорошей, дружной семье.

     Итак, перед нами семь персонажей. Политкаторжанин; его мать, привстающая с кресла ему навстречу, однако вдруг ощутившая, что силы ее покинули; жена, сидевшая за пианино, когда вдруг вошел ее муж, ее утраченный любимый; двое детей – мальчик, помнящий отца, судя по выражению лица, и девочка, которая своего отца не знает; в дверях – горничная, а за нею – удивляющаяся событию кухарка.

   Семь  персонажей. Целая пьеса в трех действиях. Первое – в далеком подтексте, воспоминание каторжанина о прощании с этим домом; второе – жизнь этого дома в постоянном ожидании и напряжении, оно спадает только в этот негаданный час, вот сию минуту «не ждали», а долгие годы все слушали и слушали шаги на лестнице; третье действие – перед нами.

     Посмотрите на каторжанина. Репин много работал над этим образом. Третьяков купил картину, но Репин выбрал время, когда Павла Михайловича не было дома, и переписал голову героя. Он сделал его старше, чем это может быть, исходя из возраста его матери, жены и детей. Художник знал, какими люди выходят с каторги. Он многое знал о людях, о горе и радости человеческих. И, заметьте, как нежно, как неуверенно и слабо дал художник промельк радости и надежды на лице вернувшегося с каторги. Он вступил в комнату, когда в ней еще не угасли звуки пианино, за которым сидит жена. И музыка, коснувшись его слуха, возродила в душе не мысли и не надежды, а пока одно только ощущение чуда жизни и свободы. Репин так написал лицо своего героя, что у нас на глазах идет соединение всего рассыпанного, всего потерянного: тут вместе его детство и сиротское детство его детей; стук тяжелых колес, которые везли его по осенней дороге; жажда подвига и осуществление этого подвига каторжным часом… Перед нами человек, который знает, что жизнь – больше чем счастье: что она – и горе; что свобода – трудна и горестна, ведь она – жизнь.

     Склонность  к психологическому драматизму в  обрисовке ситуаций сказывается  и в исторической живописи Репина. Художник стремится показать исторических героев в мгновения предельной душевной напряженности. Эта тенденция достигает кульминации в картине «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года» (1885, ГТГ). Содержание картины помимо конкретного исторического правдоподобия ситуации и характеров, говорит о «вечной» коллизии наказания деспота мукой раскаяния за невинно пролитую кровь.

     Работать над этой картиной Репин начал в Москве. Дочь Репина В. И. Репина писала, что именно в Москве был изготовлен костюм для Ивана Грозного - черный, в виде подрясника, и для сына Грозного - розовый с серебристым отливом, синие штаны, украшенные цветочками, и сапоги с загнутыми носками. Репин сам кроил эти костюмы и сам расписывал сапоги царевича.  
         Да и все аксессуары для картины дала ему Москва. Н.Г.Машковцев указывает, что для дворцового покоя, в котором происходит трагедия, Репин использовал одну из комнат «Дома боярина XVII века», трон, зеркало, кафтан царя Ивана написаны с натуры в Оружейной палате; сундук нашел Репин в Румянцевском  музее.  
          И карандашный эскиз, датированный Репиным 1882 годом, подтверждает, что Репин работал над этой картиной в Москве, работал напряженно, трудно, страстно. «Началась картина вдохновенно, шла залпами, - вспоминал он. - Чувства были перегружены ужасами Современности... А наша ли история не дает поддержки... Но все казалось - мало. В разгар ударов удачных мест разбирала дрожь, а потом, естественно, притуплялось чувство кошмара, брала усталость и разочарование... Я упрятывал картину с болезненным разочарованием в своих силах - слабо, слабо казалось все это... Разве возможно... Но наутро испытывал опять трепет - да, что-то похожее на то, что могло быть... И нет возможности удержаться - опять в атаку. Никому не хотелось показывать этого ужаса... Я обращался в какого-то скупца, тайно живущего своей страшной картиной». *