Нравственность в буржуазном обществе

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 11 Января 2014 в 08:18, контрольная работа

Краткое описание

Как бы там ни было, в недрах феодального общества в связи с развитием производительных сил — совершенствование средств производства приводит к дальнейшему разделению общественного труда, появлению ремесленничества, мануфактуры, машинного производства — возникают новые, буржуазные общественные отношения. Весь социальный миропорядок феодализма приходит в противоречие с энергичным, воинственным «духом капитализма», его интересами в установлении новых, справедливых и соответствующих «природе человека» общественных отношений.

Прикрепленные файлы: 1 файл

Нравственность в буржуазном обществе.docx

— 20.53 Кб (Скачать документ)

Нравственность  в буржуазном обществе 
 
    Как бы там ни было, в недрах феодального общества в связи с развитием производительных сил — совершенствование средств производства приводит к дальнейшему разделению общественного труда, появлению ремесленничества, мануфактуры, машинного производства — возникают новые, буржуазные общественные отношения. Весь социальный миропорядок феодализма приходит в противоречие с энергичным, воинственным «духом капитализма», его интересами в установлении новых, справедливых и соответствующих «природе человека» общественных отношений. 
       Понятно, что господствующей в новом, возникающем на развалинах феодализма обществе является буржуазная мораль, которая постепенно пронизывает все поры общественного организма и находит себе носителей среди всех слоев и классов общества. И дело состоит не только в том, что господствующий класс, контролируя средства духовного производства, якобы «навязывает» свои ценности другим общественным слоям. Неудовлетворительной в этой связи выглядит марксистская идея о том, что только пролетариат в силу объективных условий существования оказывается способным противостоять буржуазному давлению и вырабатывает свою собственную, классовую по сущности, но общечеловеческую по содержанию мораль. Общество, где существуют две принципиально различные и противоположные в сущностных характеристиках морали, в принципе оказывается аморальным, безнравственным, некультурным и нецивилизованным, напоминающим первобытное, где нравственные установления распространялись только на «своих». 
     Скорее всего, буржуазная мораль в своих представлениях о должном порядке социального мироустройства оказалась способной выразить весьма важные общечеловеческие ценности, отражающие интересы абстрактной человеческой личности, не принадлежащей никакому классу, никакому сословию, роду, племени, этнической общности или профессиональной корпорации. Тем самым она и смогла стать во главе нравственного развития общества, магистральное направление которого как раз и связано с процессом обобществления человечества, преодоления социально-этнической и сословно-классовой обособленности. 
По-видимому, этим в первую очередь можно объяснить притягательную силу ценностей буржуазной морали, с которой безуспешно бьются всякого рода коммунистические партии и режимы, исламские фундаменталисты, африканские националисты и традиционалисты и прочие сторонники навязывать другим собственные представления, как им жить, что носить и чем дышать. 
     Сам термин «буржуазный» в применении к морали или к чему-либо другому имеет в глазах различных борцов против колониализма и империализма, эксплуатации человека человеком и вообще против всего западного и капиталистического весьма одиозное и зловредное значение. 
     На самом же деле буржуазным социальный и нравственный миропорядок современных, наиболее развитых стран мира называется потому, что он зарождается в городах — центрах новой, основанной на товарно-денежных отношениях, цивилизации, на основе интересов горожан-бюргеров в утверждении «естественных», то есть присущих каждому от природы по праву рождения, прав и свобод человеческой личности. Прежде всего это право на жизнь и свободу ее устраивать по собственному усмотрению, это право мыслить и действовать самостоятельно, не подчиняясь чужим установлениям и не принимая ничего в качестве предрассудка, подвергая все рассмотрению и оправданию только силой разума. Это право на независимость от воли других людей и всякого рода сословно-корпоративных зависимостей и обычно-традиционных установлений. Наконец, это право заниматься любой приносящей общественную пользу деятельностью в интересах собственной выгоды — право на свободу предпринимательства, ограниченное только одним — таким же правом других людей. По сути, это возрождение античного принципа справедливости — не вредить другому и не терпеть вреда от другого. 
     Все эти права, обеспечивающие человеческие свободы и достоинство, в свою очередь нуждаются в основополагающей свободе общественного происхождения — свободе частной собственности, гарантирующей относительную независимость источников существования человека, его подлинную автономию от других лиц. 
    Новые, справедливые отношения между людьми мыслятся как свободная и добровольная, без принуждения, связь отдельных самостоятельных индивидов, равных в своих правах и интересах. Они свободно распоряжаются своим имуществом, собственностью, своей деятельностью и самой жизнью не в ущерб другим. 
     Каждый индивид своей деятельностью в меру сил и способностей оказывает другим определенную пользу, производя товары, услуги, удовлетворяя какие-либо другие потребности, и никто не должен чинить в этом преград, как-либо ограничивать его права и стремления. Человек на свой страх и риск разворачивает по собственной инициативе свое дело, ориентируясь не на принуждение сверху, а стремясь получить собственную выгоду. Через рынок и другие социальные механизмы он обменивает результаты своей деятельности на товар с универсальной ценностью — деньги в пропорциях, диктуемых спросом и предложением и собственными затратами. На деньги он может удовлетворять свои производственные потребности, расширять дело, либо пустить на свои жизненные потребности и забавы, либо начать новое дело, ссудить их банку, либо просто отложить до лучших времен. Деньги становятся концентрированной и предметно выраженной формой бытия социальной энергии и силы человека, расширяя его возможности и способности. 
    Что делать, что производить, чем заниматься и сколько — диктует здесь не феодал, не феодальное государство, а общественный спрос, общественная потребность. А так как получить выгоду можно, только удовлетворяя общественный спрос, между производителями разворачивается соперничество за то, как лучше угодить потребителю, как привить ему больше разных других потребностей. Эта разворачивающаяся между производителями к радости потребителя конкуренция стимулирует производителей в их собственных интересах действовать наиболее рационально и эффективно, соизмерять затраченные усилия и результаты, стремиться к снижению издержек и затрат, а значит, и цен, и порождению все новых и новых потребностей. Именно расширение и совершенствование потребностей и возможностей их удовлетворения человеком решающим образом сказываются на развитии внутреннего мира личности, изощренности его чувств, мыслей и желаний. Правда, осуществляемый стихийно, не сопровождаемый духовной работой над собой и овладением богатствами культуры, этот процесс легко вырождается в патологию потребительства, когда все мысли и чувства человека оказываются в подчинении доминирующей способности — хотеть, ничего больше не умея. 
     Таким образом, в результате постепенных и мирных процессов или же насильственным способом, преодолевая сопротивление привилегированных сословий феодального общества, создавалось общество, в основу которого был заложен механизм безграничного саморазвития и совершенствования на основе рыночных отношений общественного производства, вовлекающий в товарно-денежный круговорот все большие слои населения и создавший наиболее мощную из всех известных цивилизаций. 
     Повсюду, где буржуазия достигала господства, она разрушала феодальные общественные отношения, привязывавшие человека к его «естественным» повелителям и обрекавшие его на подчинение и зависимость. Она показала, что общественные отношения, основанные на господстве и подчинении, на насилии, всегда обречены на естественное их дополнение в виде лени, косности и неподвижности, отвращения к производительному труду и всякой созидательной деятельности, к безволию и пресмыкательству, угодничеству и подлости. 
     Практически за какие-то сто лет она вызвала к жизни более грандиозные общественные производительные силы, нежели человечеству удалось развить за всю предшествующую историю. И эти силы, приводимые в движение самым мощным из всех известных в истории стимулов деятельности — свободным интересом частного собственника, перевернули само общество и все представления о нем, о человеке, о смысле и назначении его жизни. 
    Разрушив феодальный уклад, буржуазия поставила на его место свободу частной собственности, конкуренции, правовую независимость и равенство людей, защищенные политическими и правовыми учреждениями и нуждающимися также в нравственном обосновании соответствующими моральными ценностями. 
     Буржуазная мораль опрокинула феодальные нравственные отношения с их основным принципом морального неравенства сословий, вечности и естественности иерархии, ничем не заслуженных привилегий одних людей перед другими и подчиненности, зависимости одних от других. На своих знаменах она написала лозунги свободы и равенства, которые только и должны были обеспечить подлинное моральное братство, взаимное доверие и взаимопомощь между людьми. Эти моральные ценности означали прежде всего равенство условий конкуренции, вытекающее из признания свободы личности и естественности равенства прав всех людей на ведущую к их собственному благополучию деятельность, если она не ущемляет такие же права других. И свое закрепление эти права и свободы получили в освящении частной собственности. 
    Именно частная собственность не только и не столько на предметы потребления, что имело место на протяжении всей истории цивилизации, а прежде всего на условия и средства производства, впервые в истории сделавшая непосредственного производителя относительно независимым от его общественного окружения, стала краеугольным камнем всей буржуазной цивилизации и основой всех ценностей. Стремление к обладанию ею выступает поэтому как самый сильный источник активности людей, а реализация этого стремления делает человека все более независимым и свободным, расширяет его возможности и позволяет удовлетворять свои желания и капризы. Обладание собственностью и деньгами как самой универсальной в рыночной экономике формой собственности становится целью и смыслом жизни, подчиняя себе всего человека, определяя всю его духовную жизнь и моральное самочувствие. Обладание собственностью, капиталом становится более важным показателем социальной значимости человека, нежели его родовитость, происхождение, сословная принадлежность. 
     Одновременно возрастает удельный вес нравственных мотивов в поведении человека, совершенствуется духовный мир личности, ее способность к нравственным переживаниям. 
     Важнейшим условием для нравственно-прогрессивного развития общества является создание объективных условий для расширения моральной свободы, самой возможности нравственно положительного выбора. 
    Критерием нравственного прогресса может быть именно степень духовной зрелости личности, ее способность сделать общечеловеческие нравственные ценности смыслом собственной жизни, ее соответствие идеалу свободной и равноправной с другими людьми личности.


Информация о работе Нравственность в буржуазном обществе