Стилевое своеобразие «Повести временных лет»

Стилевое своеобразие «Повести временных лет»

Стилевое  своеобразие «Повести» заслуживает  особого внимания, поскольку в  современной литературной традиции летописный жанр отсутствует. Природа  летописного жанра весьма сложна; летопись относится к числу «объединяющих жанров», подчиняющих себе жанры своих компонентов - исторической повести, жития, поучения, похвального слова и т. д. См.: Лихачев Д. С. Поэтика древнерусской литературы. Л., 1971, с. 48-50. И тем не менее летопись остается цельным произведением, которое может быть исследовано и как памятник одного жанра, как памятник литературы см.: Еремин И. П. Повесть временных лет как памятник литературы. - В кн.: Еремин И. П. Литература Древней Руси (этюды и характеристики). М.-Л., 1966; Лихачев Д. С. Русские летописи и их культурно-историческое значение, гл. 7; Он же. Человек в литературе Древней Руси. М.-Л., 1970, гл. 2 и 3; Творогов О. В. Сюжетное повествование в летописях XI-XIII вв. - В кн.: Истоки русской беллетристики, с. 31-66. . В «Повести временных лет», как и в любой другой летописи, можно выделить два типа повествования - собственно погодные записи и летописные рассказы. Погодные записи содержат сообщения о событиях, тогда как летописные рассказы предлагают описания их. В летописном рассказе автор стремится изобразить событие, привести те или иные конкретные детали, воспроизвести диалоги действующих лиц, словом, помочь читателю представить происходящее, вызвать его на сопереживание.

Так, в рассказе об отроке, бежавшем из осажденного  печенегами Киева, чтобы передать просьбу княгини Ольги воеводе Претичу, не только упоминается сам факт передачи сообщения, но именно рассказывается о том, Как отрок бежал через печенежский стан с уздечкой в руке, расспрашивая о будто бы пропавшем коне (при этом не упущена важная деталь, что отрок умел говорить по-печенежски), о том, как он, достигнув берега Днепра, «сверг порты» и бросился в воду, как выплыли ему навстречу на лодке дружинники Претича; передан и диалог Претича с печенежским князем. Это именно рассказ, а не краткая погодная запись, как, например: «Вятичи победи Святослав и дань на них възложи», или «Преставися цариця Володимеряя Анна», или «Поиде Мьстислав на Ярослава с козары и с касогы» и т. п.

В то же время и  сами летописные рассказы относятся  к двум типам, в значительной мере определяемым их происхождением. Одни рассказы повествуют о событиях, современных летописцу, другие - о событиях, происходивших задолго до составления летописи, это устные эпические предания, лишь впоследствии внесенные в летопись.

В рассказах торжествует то сила, то хитрость. Так, воевавший с Русью печенежский князь предложил Владимиру выставить из своего войска воина, который бы померился силой с печенежским богатырем. Никто не решается принять вызов. Владимир опечален, но тут к нему является некий «старый муж» и предлагает послать за своим младшим сыном. Юноша, по словам старика, очень силен: «От детьства бо его несть кто им ударил» (т. е. бросил на землю). Как-то, вспоминает отец, сын, разгневавшись на него, «преторже череви руками» (разорвал руками кожу, которую в этот момент мял: отец и сын были кожевниками). Юношу призывают к Владимиру, и он показывает князю свою силу - хватает за бок пробегающего мимо быка и вырывает «кожю с мясы, елико ему рука зая». Но тем не менее юноша - «середний телом», и поэтому вышедший с ним на поединок печенежский богатырь - «превелик зело и страшен» - смеется над своим противником. Здесь (как и в рассказе о мести Ольги) неожиданность поджидает отрицательного героя; читатель же знает о силе юноши и торжествует, когда кожемяка «удави» руками печенежского богатыря.

Некоторые рассказы летописи объединены особым, эпическим  стилем изображения действительности. Это понятие отражает прежде всего  подход повествователя к предмету изображения, его авторскую позицию, а не только чисто языковые особенности изложения. В каждом таком рассказе в центре - одно событие, один эпизод, и именно этот эпизод составляет характеристику героя выделяет его основную, запоминающуюся черту; Олег (в рассказе о походе на Царьград) - это прежде всего мудрый и храбрый воин, герой рассказа о белгородском киселе - безымянный старец, но его мудрость, в последний момент спасшая осажденный печенегами город, и является той характерной чертой, которая завоевала ему бессмертие в народной памяти.

Другая группа рассказов составлена самим летописцем или его современниками. Ее отличает иная манера повествования, в ней нет изящной завершенности сюжета, нет эпической лаконичности и обобщенности образов героев. Эти рассказы в то же время могут быть более психологичными, более реалистичными, литературно обработанными, так как летописец стремится не просто поведать о событии, а изложить его так, чтобы произвести на читателя определенное впечатление, заставить его так или иначе отнестись к персонажам повествования. Среди подобных рассказов в пределах «Повести временных лет» особенно выделяется рассказ об ослеплении Василька Теребовльского (в статье 1097 г.).

Эмоционально  ярким предстает эпизод о страшной участи оклеветанного князя, он вызывает сочувствие к нему, выраженное им желание предстать перед богом «в той сорочке кроваве» как бы напоминает о неизбежном возмездии, служит публицистическим оправданием вполне «земным» действиям князей, выступивших войной против Давыда Игоревича с тем, чтобы восстановить права Василька на отнятый у него удел.

Так, вместе с летописным повествованием начинает формироваться особый, подчиненный  летописному жанр - жанр повести  о княжеских преступлениях Лихачев  Д. С. Русские летописи и их культурно-историческое значение, с. 215-247..

Все летописное повествование пронизывает  этикетность, особенно в той его  части, которая выдержана в стиле  монументального историзма. Летописец  отбирает в этих случаях для своего повествования только наиболее важные, государственного значения события и деяния. В стиле монументального историзма ведется, например, изложение событий времени Ярослава Мудрого и его сына - Всеволода. Например, описание битвы на Альте, принесшей Ярославу победу над «окаянным» Святополком - убийцей Бориса и Глеба (в «Повести временных лет» под 1019 г.).

Сочетание стилей монументального историзма  и эпического в «Повести временных  лет» создали ее неповторимый литературный облик, и ее стилистическое влияние  будет отчетливо ощущаться на протяжении нескольких веков: летописцы  станут применять или варьировать те литературные формулы, которые впервые были употреблены создателями «Повести временных лет», подражать имеющимся в ней характеристикам, а иногда и цитировать «Повесть», вводя в свой текст фрагменты из этого памятника Прохоров Г. М. «Повесть о нашествии Батыя» в Лаврентьевской летописи. - «ТОДРЛ». Л., 1974, т. XXVIII, с. 77-80..

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Летописи  - памятники исторического повествования, исторической прозы Древней Руси; один из основных жанров древнерусской литературы, не находящий точных аналогий в других средневековых литературах; повествование велось по годам (рассказ каждого года начинался словами "В лето..." - отсюда название летопись) 
Повествование в летописи было двух типов: собственно погодные записи - сообщения о событиях, и летописные рассказы - описания событий, с конкретными деталями, диалогами. Вторые, в свою очередь представлены двумя типами: одни рассказы повествуют о событиях современных летописцу, они обычно литературно обработаны и более реалистичны; другие о событиях давно прошедших: обычно это эпические предания, легенды, лишь впоследствии внесенные в летописи; их отличают эпическая лаконичность описания, обобщенность образов героев, сюжетная занимательность и эффект неожиданности. 
  Летописи относятся к числу "объединяющих жанров" (термин Д.С. Лихачева), подчиняющих себе жанры своих компонентов: исторической, преимущественно, воинской повести, жития святого, поучения, похвального слова, различных документов. В составе летописей дошли до нас многие произведения древнерусской литературы: "Поучения"  Владимира Мономаха, "Хождение за три моря" Афанасия Никитина и др. Новые летописи составлялись обычно как своды и компиляции предшествующих летописей и заключались записями о современных событиях. Продолжая труды своих предшественников, летописцы дополняли или сокращали их, стремясь создать единое повествование, подчиняя его определенной исторической концепции и политическим установкам.  

 Летописи исторических событий  начали вестись в Киеве, по-видимому, уже в конце 10 века. Однако летопись как жанр возникла в годы княжения Ярослава Мудрого (1019 - 1054) ; по мнению Д.С. Лихачева. в первой половине 1040-х годов мог быть составлен свод преданий о возникновении христианства на Руси, продиктованный стремлением утвердить мысль, что история России подобна истории других христианских государств, и тем самым поднять авторитет русской церкви и молодого славянского государства.

 

Погодные записи описывают значимые события каждого года. Они расположены непосредственно под отметкой года, либо, если за один год произошло несколько значимых событий, автор ПВЛ разделяет их формулами: "Сего же лета...", "Тогда же..." и проч. Сюда входят некие единичные факты. Летописец в данном случае озабочен в первую очередь тем, чтобы как можно короче зарегистрировать определенный факт, не входя в подробности. Это может быть информация о природных катаклизмах, возведении храмов etc.  
Пример погодной записи:  
1124: "Земля потрясеся мало, и подеся церкви великия святаго Михаила у Переяславли, мая в 10 день, юже бе съездал и украсил блаженный епископ Ефрем."

 

Назначение летописной повести - дать просветленный образ идеального князя, блистающего всеми возможными христианскими (и даже монашескими) добродетелями. Далека от документальности. Все летописные повести посвящены одной и той же теме. Содержат краткое описание облика князя. Обязательно дается прямая характеристика. Стремились устранить все черты индивидуального характера. Процесс формирования повести как жанра закончился, когда к некрологу стал приоединяться расцвеченный штампами агиографического стиля рассказ об обстоятельствах смерти князя и предшествовавших ей событиях.