Контрольная работа по «Культурологии»

Оглавление

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение

Одно из замечательных проявлений современного процесса общения — разнообразные культурные контакты человечества. Они берут начало в древнейшие времена с обмена предметами материальной культуры между первобытными племенами и продолжаются сегодня в масштабной интеграции региональных культур и цивилизаций. Подобный синтез культур способствует устранению изоляционизма народов и экономической автаркии государств, преодолению обывательского чувства страха перед всем новым и непривычным. 
 
На рубеже XX-XXI вв. мир меняется с невиданной быстротой. Культурная экспансия теперь вовсе не обязательно связана с территориальными завоеваниями. Сегодня стремительно укрепляются экономические связи, расширяется сеть глобальных коммуникаций и средств массовой информации, огромный размах приобрел обмен ценностями культуры в рамках различных национальных и международных программ. Судьбы народов сливаются в одну всемирную судьбу. 
 
Некоторыми западными учеными в этой связи высказывается мнение о том, что мир перерос суверенитет. Действительно, с каждым годом государства делегируют мировому сообществу (в частности, ООН) все больше полномочий. Однако роль государства как стабилизирующей и направляющей силы в процессе мировой интеграции не уменьшается, а скорее усиливается.  
 
Процессы интеграции и регионализма всегда «шествуют» рядом, центростремительные тенденции сменяются центробежными и наоборот. Острое соперничество государств в экономической, военной и идеологической сферах имеет самое непосредственное отношение к культуре и цивилизации.

 

 

 

 

 

Раздел 1. 

1. Понятие православия

 

ПРАВОСЛАВИЕ (калька греч. ή όρθπ δόξα — “правая вера”; распространенное толкование, согласно которому речь идет о правильном способе славить Бога, с намеком на литургическую культуру православия, этимологически невозможно) — одно из трех основных вероисповеданий христианства, исторически сложившееся и развивавшееся в рамках Византийской империи и областей ее культурного влияния (южное славянство, Россия). В настоящее время распространено преимущественно в России, Белоруссии, на Украине, в Греции, на Кипре, в Румынии, Югославии, Болгарии, в Грузии, а также везде, где живут выходцы из православных стран. Существует 15 автокефальных церквей: 9 патриархатов (Константинопольский, Александрийский, Антиохийский, Иерусалимский, Московский, Грузинский, Сербский, Румынский, Болгарский), автокефальные церкви, возглавляемые архиепископами (Кипрская, Элладская, Албанская) и митрополитами (Польская, Чешских земель и Словакии, Американская). Хотя церкви и занимают разные места в диптихе, но речь идет только о преимуществах чести, а не о различии в правах. Более нюансировано понятие “автономной” церкви (напр., Украинская и Японская — “под омофором” Московского патриархата, Финляндская — в таких же отношениях с Константинопольским патриархатом и т. п.). Наконец, в различных странах мира имеются православные епархии.

Первоначально вся христианская церковь именовала себя и православной (т. е. ортодоксальной) и католической (т.е. всеобщей, в традиционном церковнославянском переводе — “соборной”) в отличие от еретических группировок. После разделения церквей (схизмы) в 1054 название “католическая” осталось за западной (римской), “православная” — за восточной (византийской) церковью.

 

2. Типологические особенности православия

 

 

    Как и католицизм, православие сформировалось на исходе античности и в начале средних веков; общими чертами их мировоззрения являются: весьма конкретное представление об “освящении” человечества; перенесение центра тяжести с индивидуальной религиозной жизни на сверхличную всеобщность (“соборность”) церкви; иерархическое выделение духовенства, по молитвам которого спасаются миряне, — в католичестве в центре стоит клирик, в православии наряду со священником как совершителем таинств столь же важен монах-подвижник, “старец” впрочем, православие высоко ставит место церковного народа, т. е. “мирян” как хранителей традиции веры. Высокая оценка аскетизма и различные этические нормы для аскета и для мирянина, а в связи с этим — само наличие института монашества; сакраментальное понимание каждой реалии культа как не только символического знака, но также и носителя святости, в связи с чем — почитание священных предметов, изображений, мощей и др. реликвий. Это — общие черты, отличающие как православие, так и католицизм от протестантских религиозных систем. Наряду с этим следует отметить также принципиальное принятие в качестве источника истин веры наряду с Писанием (т. е. Библией) также и Предания (т. е. живой традции веры и религиозной практики, передаваемой изустно и фиксируемой в обиходе церкви и в текстах особенно авторитетных богословов, называемых в широком смысле отцами церкви). Такие важные компоненты критики православия, как почитание Богоматери, святых и ангелов, основываются именно на Предании и постольку отвергаются протестантизмом.

 

    Однако наряду с этим между православием и католицизмом существуют догматические и цивилизационные различия, наметившиеся еще до разделения церквей, которые можно хотя бы отчасти объяснить как разницей социальных условий Византии и Западной Европы, так и воздействием культурных традиций античной Греции для православия и Рима для католицизма.

 

    Исторической почвой, на которой складывались особенности православия, в течение тысячелетия была Восточная Римская империя, постепенно приобретавшая свой средневековый облик т. н. Византии. Наличие стабильной и централизованной государственности препятствовало характерному для Запада широкому перенятою клиром и монашеством государственно-административных функций и, напротив, способствовало развитию и углублению взаимодополняющего контраста между двумя полюсами византийской цивилизации: с одной стороны, столицей как резиденцией высшей государственной и высшей церковной власти, а также культурных институций с сильными античными традициями, с другой стороны, “пустыней”, безлюдной и скудной местностью. Наряду с переживанием высокого статуса византийской государственности (“Нового Рима”), в опыт православия навсегда вошло настроение повторявшихся ситуаций, когда православие нужно было защищать именно от императоров — арианцев, иконоборцев и т.п. В этих ситуациях еретикам-императорам обычно удавалось привлечь на свою сторону специально подобранную верхушку духовенства; вдохновителями церковного народа в борьбе за православие обычно выступали почитаемые народом монахи.

 

    Базой для богословских построений православия была непосредственно воспринятая традиция греческой идеалистической философии (прежде всего неоплатонизма) с ее культурой объективно-онтологического умозрения и, что особенно важно, с ее опытом такой организации религиозного переживания, при которой мистический опыт теснейшим образом связан с интуитивным восприятием категориальных концептов. Для католической теологии Бог и человек суть прежде всего субъекты воли, для православия — участники онтологических отношений. Для первой важнее всего найти гармонию между двумя волями либо в рационалистическоюридической плоскости (схоластика), либо на путях эмоционального переживания (мистика); основная теоретическая проблема западной теологии — соотношение свободной воли человека и предопределяющей воли Бога. В этом отношении как для католицизма, так и для протестантизма конститутивно важна (позитивно или негативно) теория предопределения, совершенно безразличная для православия. Последнее ищет возможность объективного, сущностного приобщения человеческой природы к Божественной; поэтому церковнославянский термин “обожение” — ключевое слово всей православной мистики. Основная умозрительная проблема православия — онтологическое соотношение человеческой и Божественной природ в личном единстве Богочеловека. Стиль теологии католицизма конституировался в августинианско-пелагианских спорах о воле и благодати; для православия такую же роль сыграли христологические споры 4—6 вв.    

 

   В религиозной мысли православия важная тема — обожествление вещественного, происходящее через “усвоение” божественного эйдоса; при этом в отличие от неоплатонизма православие учит о сущностном “взаимопроникновении” этих двух начал. Аскетика православия склонна рассматривать освящение и очищение, которые происходят только в духовной, идеальной сфере и не получают так или иначе вещественного подтверждения, как не вполне достоверные. Обожествляющее преображение материи с этой точки зрения не только однажды имело место применительно к плоти Богочеловека (и регулярно воспроизводится в Евхаристии), оно тем самым оказалось возможным и в других сферах. Авторитетные богословы православия учили, что телесность, отличающая человека от ангелов, изначально придает ему важные религиозные преимущества перед ними и лишь в силу грехопадения приобрела также негативные аспекты, по сути своей вторичные, которые могут и должны быть реально преодолены уже в земной жизни. Согласно традиции исихазма, являющегося для православия классической нормой, дух (“ум”, греч. νους) не должен “выходить из тела”; напротив, он должен при молитве замкнуться в теле, “сойти в сердце”, фоном чего должен быть возможно более полный контроль над такими органическими процессами, как дыхание, сердцебиение и т. п.   

 

    Перечисленные типологические отличия западного и восточного богословия оформляются в догматических разногласиях. Православие не приемлет западное добавление к символу веры Filioque (исхождение Св. Духа не только от Отца, но и от Сына), которое порождено восходящим к Августину пониманием структуры Троичности Божества. Далее, для православия осталась в общем чуждой юридическая концепция первородного греха как правовой ответственности, переходящей от предков на потомков.

 

    Организационные особенности православия определились в значительной мере спецификой политического строя Византийской империи. Клир в православии не так резко отделен от мирян (причащение под обоими видами для мирян, нет безбрачия духовенства); отсутствует централизованная организация (национальные церкви на деле вполне автономны по отношению к Вселенскому патриарху, авторитет которого и теоретически ниже авторитета соборов); допускается богослужение на национальных языках.

 

1.3 Религиозная философия православия в России

С 14 в. на Руси усваиваются идеи византийских исихастов. При этом, в отличие от византийского православия, догматическое теоретизирование отступает на задний план сравнительно с наивным реализмом. В 15—16 вв. русское православие выдерживает борьбу с рядом еретических движений, а в рамках ортодоксии клерикальный этатизм иосифлян оттесняет более “духовные” и философски содержательные тенденции нестяжателей. С 16 в. особое значение приобретает религиозное осмысление возникающей державы как “Третьего Рима”; ощущается настроение мессианической исключительности (православие почти отождествляется с русской державой, правоверие даже греков оказывается под подозрением). С этой же проблематикой связаны и споры 17 в., приведшие к расколу: в них речь шла об отношении к религиозной традиции русской национальности и о социальной позиции церкви.

Уже в 17 в. и особенно после реформ Петра I, приведших к резкому размежеванию общекультурной и церковной жизни, богословие принимает западно-схоластический характер и культивируется в замкнутом кругу, за пределами которого получают распространение идеи антиклерикального просветительства. В рамках церковного богословствования черты православия стираются под натиском западных влияний.

1.4 Русское православие в 20 в.

РУССКОЕ ПРАВОСЛАВИЕ в 20 в. испытало резкое крушение всех прежних навыков жизни православного опыта, что во многом определило опыт западных христиан. В изгнании и среди гонений 20—30-х гг в СССР крайняя внешняя скудость порой делала возможной редкую духовную свободу, сосредоточение на самой сути христианства. В то же время испытания вызвали институциональные кризисы, расколы и разделения: в СССР — возникновение в нач. 20-х гг. “обновленчества”, движения т. н. “непоминающих” и Катакомбной церкви, после обнародования в 1927 “Декларации” митрополита Сергия о лояльности к советскому режиму, и др.; в церковной жизни русской диаспоры — расхождение с 1922 по вопросу о статусе монархической идеи двух направлений: “карловацкого” (ныне “Русская Православная Церковь За Рубежом”) и “евлогианского”. Атмосфера патриотического порыва, возникшая во время 2-й мировой войны, побудила власти пойти на уступки Русской Православной Церкви, в частности было открыто 8 семинарий и две Духовные академии, начал выходить малым тиражом “Журнал Московской патриархии”.

 

Раздел 2

2.1 Цивилизационные пространства

Попытки установления границ существующих ныне цивилизаций наталкиваются на хорошо известную трудность: их наиболее характерные признаки отчетливо проявляются лишь в фокусных зонах (ядрах), в то время как периферийные участки отличаются от ядер увеличением чуждых им особенностей. Так, если Франция, Великобритания или страны Бенилюкса отражают идеальное сочетание признаков, характерных для западноевропейской цивилизации, то в странах Восточной Европы эти признаки несколько «тускнеют» — здесь наблюдается своеобразное смешение или переплетение «трансцивилизационных» элементов. Не отражают внезапных межцивилизационных переходов также многие регионы Российской Федерации (например, территории преобладания мусульманской и буддистской идентичностей), Тибет в Китае и т.д.

2.2 Распространения цивилизации

На протяжении истории очаги цивилизации постоянно меняли свои очертания, расширялись в разных направлениях — вдоль осевых линий цивилизаций. Первыми, наиболее изученными культурными очагами были долина Нила и бассейн Тигра и Евфрата, где возникли центры цивилизации Египет и Шумер. Расширение древнеегипетской цивилизации происходило на соприкасающихся частях трех материков Старого Света, включая часть Малой Азии, Эфиопии и более отдаленные районы. От Двуречья движение цивилизации шло как в сторону Малой Азии, Сирии, Ливана, Палестины, так и в сторону Закавказья и Ирана. 
 
Расширение древнекитайского цивилизационного района в бассейне реки Хуанхэ происходило на северо-восток — в сторону позднейшей Маньчжурии и на северо-запад — в сторону будущей Монголии, на запад в сторону современной провинции Сычуань, а на юг — будущего Вьетнама и на восток — Японии. Сфера влияния индуистской цивилизации со временем охватила весь Индостан, на юге в ее орбиту вошел Цейлон, на востоке — прилегающие друг к другу части Малаккского полуострова, восточной Суматры и западной Явы и т.д. 
 
Постепенно образовалась обширнейшая цивилизационная зона от Атлантического до Тихоокеанского побережья, представленная как старыми очагами цивилизации — Евро-афро-азиатским (на стыке Африки, Азии и Европы), Китайским и Индуистским, так и новыми — Афро-карфагенским, Латинским, Среднеазиатским и другими. Рост Римской империи на рубеже старой и новой эр вовлек в «цивилизационное поле» Испанию, Галлию, Британию и т.д. Дальнейший ход географического развития цивилизации хорошо известен. Расширение цивилизационного пространства происходило за счет новых районов Европы, азиатской части Евразийского континента, Северной Америки, Австралии, Океании и т.д. 
 
Вместе с тем за пределами отмеченной цивилизационной зоны, в областях, разбросанных между пустынями, степями и горными кряжами, возникали и другие истоки высокой культуры, а иногда и самостоятельные цивилизации — индейских племен майя и ацтеков в Центральной Америке и инков (как называют их некоторые историки, «римлян Нового Света») в Южной, народов Черной Африки и др.