От ремесла к мануфактуре в России. Общее и особенное в сравнении с другими странами

От ремесла  к мануфактуре в России. Общее  и особенное в сравнении с другими странами

Содержание

Введение

1. Истоки зарождения мануфактуры
2. Предпосылки появления мануфактур
3. Мануфактуры в других странах
4. Типы промышленных предприятий
5. Отличия ремесла от мануфактуры
6. Культура труда

Заключение

Введение

Для развития промышленности необходимо наличие имеющихся, исходных данных. По этому поводу еще в  начале XIX в. исследователь М. Шулепников отмечал, «чтобы могли в какой-либо стране процветать мануфактуры, к тому нужно, чтобы эта страна имела  у себя или могла удобно получать извне, обрабатывать на них сырые  материалы, чтобы она имела смышленых  и трудолюбивых мастеровых и чтобы  были места, в которых могли бы всегда сбываться с выгодой мануфактурные  изделия».  Итак, наличие собственного сырья, рынка рабочей силы и сбыта  являлись и в первой половине XIX в. необходимыми условиями для развития промышленного производства.

Предпосылками появления  мануфактурного производства являлись ремесла. Именно из ремесла появились  мануфактуры. О других отраслях легкой промышленности, относительно их технического оснащения, законодатель ничего не говорил. Поэтому наиболее распространенные  производства – кожевенное, салотопенное, поташное в цикле работ применяли весьма архаичные механизмы. На кожевенных мануфактурах для изготовления любых сортов кожи  использовали деревянные чаны (зольные, дубильные, квасильные), 10-ведерный котел для нагрева воды, различную мелкую посуду. В салотопенном производстве предприниматели применяли котлы для вытапливания сала, рычажный пресс, чтобы выжимать сало из шкварни или чугунный винтовой пресс. 

Итак, наиболее оснащенной в  техническом отношении была суконная промышленность. Это объяснялось  заинтересованностью в ней государства  и  следующей за этим поддержкой, в том числе и законодательной. Помимо этого, сами предприниматели (чаще всего дворяне) вкладывали капиталы в механизацию, рассчитывая на последующую  дополнительную прибыль. Поташные, салотопенные, кожевенные – наиболее распространенные производства, никаких современных  технических механизмов не имели. Заводовладельцы-купцы, мещане, крестьяне – из-за ограниченности в средствах не имели возможности осуществить техническое переоснащение предприятий. Заводы были мелкими, работы на них выполнялись вручную и примитивными орудиями труда. Немногочисленные предприятия других отраслей – мыловаренные, свечные, клейные, селитряные, свечные отрасли также не были механизированы.

Цель работы – изучить  особенности зарождения процесса ремесла  к мануфактуре в России, выявить  общее и особенное в сравнении  с другими странами.

1. Истоки зарождения мануфактуры

XVII век - время, когда  крупное производство находилось  у истоков своего развития. Первые  мануфактуры возникали спорадически, охватывали далеко не все отрасли,  число их было невелико. К концу XVII в. в русской промышленности действовало около 30 мануфактур.¹ В ряде случаев крупное производство не имело еще четко выраженных признаков мануфактуры и представляло собой лишь переходную форму от простой кооперации к мануфактуре. Что же отличало мануфактуру с точки зрения ее внутренней организации от мелкого производства? В XVII столетии, когда можно говорить лишь о зачатках крупного производства, вероятно, правильнее будет учитывать определенную сумму признаков, в совокупности дающих основание отнести то или иное крупное предприятие к мануфактуре. Одним из таких признаков является эксплуатация чужого труда, наемного или принудительного, а также наличие организатора и руководителя производства. "Всякий непосредственно общественный или совместный труд, осуществляемый в сравнительно крупном масштабе, нуждается в большей или меньшей степени в управлении... ". Организатором и руководителем крупного производства в России XVII в. выступала казна феодального государства или поощряемый правительством торговый капитал, среди которого преобладали представители иноземного капитала. Это обстоятельство не могло не сказаться на своеобразии русской мануфактуры.

Одним из первых и вместе с тем важнейшим признаком  укрупнения производства является изменение  числа занятых работников. "Мануфактура, - писал К. Маркс, - отличается в своем  зачаточном виде от цехового ремесленного производства едва ли чем другим, кроме  большего числа одновременно занятых  одним и тем же капиталом рабочих". Но в этой, сначала "чисто количественной разнице" были заложены принципиальные основы для повышения производительности труда в мануфактуре; дело было не только в "повышении путем кооперации индивидуальной производительной силы", но в создании "новой производительной силы, которая по самой своей сущности есть массовая сила". Исходной точкой превращения ремесла в мануфактуру, таким образом, являлась рабочая сила. Изменения в функционировании и расстановке рабочей силы в производственном цикле являлись определяющим моментом превращения ремесла в мануфактуру. Характерной и отличительной чертой мануфактуры становится техническое разделение труда внутри предприятия, которое определяло более высокий этап в развитии производительных сил, прогресс в технике. "На базисе ручного производства, - писал В. И. Ленин, - иного прогресса техники, кроме как в форме разделения труда, и быть не могло".² Сравнительно широкое использование гидроэнергии, некоторое усовершенствование и дифференциация рабочих инструментов становятся отличительным признаком мануфактурного производства.

2. Предпосылки появления мануфактур

Предпосылки для появления  предприятий мануфактурного типа были созданы развитием обрабатывающих промыслов, ремесла, которые в XVII в. приобрели мелкотоварный характер и в ряде случаев сами начинали обнаруживать тенденцию к укрупнению производства. Большинство крупных  предприятий было сосредоточено  в центральном, наиболее освоенном  в хозяйственном отношении районе, преобладали среди них металлургические мануфактуры. Литература, в которой рассматривается история возникновения и действие металлургических заводов в XVII в., весьма обширна, например: Стоскова Н. Н. Первые металлургические заводы России. М, 1962; Струмилин С. Г. История черной металлургии в СССР, т. I. М., 1954; Любомиров П. Г. Очерки по истории русской промышленности. М., 1947; Бакланов п. Б., Мавродин В. В., Смирнов И. И. Тульские и Каширские заводы в XVII в. М. - Л., 1934; Бакланова Н. А. Звенигородские железные заводы в XVII в. - В кн.: Московский край в его прошлом, ч. 2. М., 1930; и др. Тульско-Каширская группа железоделательных заводов, наиболее значительная по числу предприятий, сложилась в 30-50-е гг. к югу от Москвы, где еще в предшествующем столетии были широко известны крестьянские домницы в Серпуховском, Алексинском, Тульском уездах, кузнечные промыслы Тулы.³

Вместе с тем возникновение  мануфактуры в России было ускорено и в значительной степени явилось  результатом меркантильной политики правительства. Мануфактура появлялась прежде всего в тех отраслях, развитие которых определялось государственными потребностями, интересами казны или  царского двора. Удовлетворение военных  нужд государства стало главной  задачей металлургических заводов. Отсутствие собственного производства чугуна - основного сырья для литья  пушек - вело к увеличению экспорта дорогого "свицкого" (шведского) железа и готовых изделий.⁴ Поэтому государство поощряло инициативу иноземцев в строительстве "мельнишных" заводов и использовало уже известный в Западной Европе опыт создания металлургических мануфактур. Усиливающиеся международные связи России расширяли возможности подобных экономических контактов. Правительство преследовало свои интересы и при строительстве мануфактур в других отраслях. Частью большого хозяйства, обслуживавшего нужды царского двора, были текстильные, кожевенные, стекольные предприятия. Возникновение бумажных мельниц, активизация работы Печатного двора также были связаны непосредственно с правительственной инициативой.

В 1632 г. голландский купец  А. Д. Виниус получил от русского правительства  право на постройку металлургического  завода. По жалованной грамоте ему  разрешалось "из железной руды меж  Серпухова и Тулы... делать всякое железо мельнишным заводом на 10 лет  безоброчно, а те мельницы и всякое железное дело... заводить своим заводом". Первые заводы из Тульско-Каширской группы - Городищенские - были построены на р. Тулице и начали давать продукцию в 1637 г. В 50-е гг. недалеко от Каширы на р. Скниге начали работать еще четыре железоделательных завода (Ведменский, Саломыков-ский, Ченцовский и Елкинский). В середине 50-х гг. П. Марселис и Ф. Акема, ставшие владельцами Тульско-Каширских заводов, взяли на оброк, а потом приобрели в собственность "ветхой" завод боярина И. Д. Милославского, расположенный на р. Поротве (Протве) в Мало-ярославецком уезде. Далее металлургическое производство в этом районе было расширено постройкой заводов на р. Угодке (конец 50-х гг.) и р. Истье (1680 г.). Так, в центре возникла Поротово-Угодская группа железоделательных заводов.

3. Мануфактуры в других странах

Организация мануфактурного производства в странах Европе имела  существенные различия с Россией. Если общим были сами принципы деятельности мануфактуры и в России, и в  Европе, то предпосылки возникновения, предыстория, типы мануфактур существенным образом различались. Вплоть до начала XVIII в. в городах Европы преобладало  цеховое (гильдейское) ремесло. Цехи строго контролировали деятельность входивших  в них мастеров-ремесленников, устанавливали  обязательные правила и нормы  изготовления тех или иных изделий (например, определяли плотность, ширину и характер окраски тканей, объем  производства и сбыта готовой  продукции). Цехам в городах принадлежало исключительное право производства и продажи большинства промышленных товаров, и они добивались от городских  властей запрета на изготовление этих товаров теми, кто не принадлежал к цеховой организации. Чтобы избежать конкуренции, цехи могли препятствовать введению производственных новшеств.

В обход монополии ремесленных  корпораций в городах в XVII в. все  более развивалось промышленное производство в сельской местности, где ремесленные промыслы были распространены издавна. Обычно после окончания  летней страды многие крестьяне занимались у себя на дому прядением, ткачеством, выделкой кож, изготовлением чулок  и шапок прежде всего для собственных  нужд, но и с целью дополнительного  заработка. В домашнем производстве участвовало немало женщин и детей, которые трудились иногда до 8 месяцев  в году.

Некоторые деревенские жители владели 1—2 ткацкими станками нанимали работников и производили товары на продажу. В XVII в. в Англии и во Франции, а затем и в других странах  сельские ремесленные промыслы получили новый импульс к развитие благодаря  включению в промышленное производство торгового капитала. Все больше крестьян-надомников стали работать по заказу зачастивших  в деревню купцов-скупщиков. Одни из них приобретали у крестьян пряжу и готовые изделия, а  затем сбывали их на рынке, другие, скупая у одних крестьян неокрашенные ткани и иные полуфабрикаты, передавали их ткачам-надомникам или красильщикам для окончательной отделки, что  нередко производилось также  в мастерских, принадлежавших самим  скупщикам. Так в сельской местности  благодаря стихийному разделению труда (т.е. специализации отдельных селений  или местностей на прядильном, ткацком, красильном, дубильном, кожевенном, металлическом  и других промыслах) домашнее производство приобретало характер рассредоточенного  в пространстве предприятия - скупщик  превращался в организатора и  координатора домашнего промышленного  производства в деревне, в посредника между надомниками и рынком. Период XVII —XVIII вв. в Западной Европе отмечен  подъемом мануфактурного производства. Особенно много появилось рассеянных мануфактур. Такая система была очень  выгодна для купцов-предпринимателей при наличии у крестьян-надомников собственных средств производства (прялок, ткацких станков, красильного  оборудования, инструментов), так как  не требовалось вкладывать капитал  в приобретение орудий труда, а также  в аренду, покупку или строительство  помещений для устройства производства. Деньги требовались только на покупку  сырья и его доставку с рынка  в деревню, на перевозку полуфабрикатов из одной местности в другую, а  затем - готовой продукции из деревни  на рынок. Труд крестьян-надомников, как  правило, обходился намного дешевле  труда городских работников, поскольку  в деревне всегда находилось достаточно желающих включиться в работу на купца-посредника. Например, на севере Франции, в окрестностях Амьена в конце XVII в. оплата труда  сельских работников была на 50 - 70 % ниже, чем в городе. Однако в домашнем производстве использовались лишь традиционные инструменты и орудия труда, а  возможности технических усовершенствований были крайне ограничены. Хотя крестьяне-надомники, обладавшие собственным производственным инвентарем, постепенно становились  все более зависимыми от купцов-предпринимателей (в частности, потому, что те прерывали  их связь с рынком, нередко ссужали  деньгами и пр.), все же они оставались мелкими самостоятельными сельскими  хозяевами, владевшими земельными участками, инвентарем и живностью. Случалось, правда, что задолженность купцу  вынуждала надомников отдавать ему  в собственность в счет погашения  долга свой ткацкий станок или  другое орудие труда. В таком случае взаимосвязь между домашним работником и купцом приобретала черты отношений  между наемным работником и работодателем.

По мере обеднения крестьянства занятие промышленным трудом на дому превращалось для многих сельских жителей  из подсобного занятия в основное средство существования. Обилие дешевой  рабочей силы, разобщенность сельских ремесленников-надомников, позволявшая  навязывать им условия оплаты труда, близость источников сырья, низкие в  целом издержки производства - все  это притягивало к деревне  предприимчивых людей. Обычным явлением стала раздача крестьянам прядильных и ткацких станков для работы по заказу. Домашняя промышленность охватывала все новые территории. Абсолютно  доминировало текстильное производство. Его традиционно ведущая отрасль - сукноделие - росла не только количественно: расширялся ассортимент шерстяных  тканей, находивших сбыт среди разных слоев потребителей. Одновременно зарождались  новые текстильные отрасли: производство льняных (полотняных), смешанных (хлопчато-льняных) и хлопчато-бумажных тканей; во Франции  производились многие десятки видов  шелковых материй.

Постепенно складывались промышленные районы, специализировавшиеся на производстве и включавшие в себя десятки и сотни деревень. В  таких районах надомные работники  исчислялись десятками тысяч, значительную часть производимой в деревне  промышленной продукции купцы-предприниматели  вывозили в другие страны. Рассеянная мануфактура, основанная на труде крестьян-надомников, получила большое распространение  в Англии. Йоркшир стал настоящим  царством производства разных видов  шерстяных тканей, преимущественно  более простых и дешевых. Районами сосредоточения производства разного  вида сукон были также Девоншир и  Норфолк. Начиная с середины XVIII в. все шире проникает хлопчатобумажное производство в Ланкашир. Во Франции  оно всецело доминировало на северо-востоке, вокруг городов Амьена, Лилля и  Руана, где число работников в  мануфактурах приближалось к 200 тыс.

Кроме того, хлопчатобумажные изделия производились в Эльзасе  и Дофине, где, наряду с Лангедоком и Шампанью, вырабатывались также  шерстяные ткани. Миновав к концу XVII в. полосу застоя или деградации, Италия, Испания, германские земли и  монархия Габсбургов переживали в XVIII в. экономический подъем, важнейшим  проявлением которого стало распространение  мануфактур и в этих странах. В  Австрии только на одну суконную мануфактуру  в г. Линце работали тысячи деревенских  ткачей. В Германии домашнее деревенское  текстильное производство сосредоточилось  на западе в Вестфалии и в низовьях р. Рейн, а на востоке Силезия стала  самым крупным районом полотняного  и шерстяного производства, включавшего  в себя почти 300 деревень. На севере Италии (в Ломбардии, Пьемонте и Венеции) многие тысячи крестьян втянулись в  производство шелковых нитей и шелковой пряжи.